Константин Кучер Грандмастер

Что мне запомнилось при первом знакомстве с социалистическим сельским хозяйством?

От каждого по способностям, каждому — по труду.
Пьер Жозеф Прудон

Да-аа… Нормы выработки в советское время в нашем сельском хозяйстве были… Ну, как бы это сказать? Для городского жителя — просто убийственные. Помню, ещё в школе учился и на летних каникулах, в трудовом лагере под Краснодаром, бросили нас на прополку сахарной свеклы. Цукрового буряка, как там говорят.

Лариса Кириллова (Котова), «На прополке», 1975 г. Фото: Источник

Рядок, где свекла та посажена была… От сих пор и — до обеда, что где-то там, далеко-далеко за горизонтом.

Порывшись в густом бурьяне, агрономша показала всем пропольщикам росток свеклы. Ма-аленький, как сейчас помню, зелёненький. Мало чем отличающийся от той травы, что до или после него. Посмотрели мы на этот росток, типа, как запомнили. Ну, и начали дружненько, всей толпой, «тяпать». Каждый — свой рядок. И я, естественно, тоже.

Только чувствую, если в той траве ростки свеклы выискивать — отстаю от остального народа. Я и начал в ритме вальса. Раз-два рубим, три — пропускаем. А то ведь, если на раз-три всё рубить, так видно будет, что после прополки на рядку — ничего. А так, может, что и осталось.

Не знаю, не знаю… Ближе к осени уже не мы ту свеклу убирали. Да и оставить мемориальную табличку в бронзе на лично прополотом рядку как-то не догадался. А может, просто бронзы под рукой не оказалось…

Но вот платили в совхозе… Даже слезами те копейки назвать нельзя. За прополотый в вальсовом ритме рядок копеек 15, что ли… На «Пломбир», и тот — не хватало. Только-только на порцию «Сливочного» в вафельном стаканчике. И стоило оно тех геройских усилий? Я ж ещё до обеда между рядками упал, тяпку, как личное оружие, из рук не выпуская. И не встал бы, если бы более устойчивые к ударному кубанскому пеклу товарищи по несчастью не поднесли ковшик тёплой, отдающей алюминием, водички из молочной фляги, что начинала прополку вместе с бригадой, но, в отличие от всех нас, так и осталась у начала поля. Где-то неподалёку от воображаемой линии «старт».

А вот догадайся кто переместить ту флягу к финишной стороне свекловичного рядка… Уверен, производительность труда на том поле повысилась бы если не на порядок, то в разы — точно!

Хотя… Вполне возможно, что и это навряд ли помогло бы. Всё-таки разница между общественным и личным уже тогда, во второй половине 70-х, хорошо чувствовалась.

В том же совхозе, но в другой день, работали мы на уборке урожая ранней капусты. Время к обеду. Вытащили затаренную в ящики капусту к кромке поля, заштабелевали результаты нашего ударного труда, и весь отряд своим ходом пошел к столовке. А меня с напарником бригадир оставила у тех ящиков. Сейчас, мол, подъедет трактор с тракторной тележкой. Погрузите на него капусту, отвезете на весовую, там тракторист тележку отцепит и вас до самой столовой подбросит. Пока там отряд своим ходом до неё дойдет, вы уже не только первое-второе съедите, а и компот выпить успеете.

Ну, мы, вдохновленные такой радужной перспективой, и остались. Сидим, трактора дожидаемся. Дождались, погрузили, запрыгнули к трактористу в кабину, едем. А молча ехать — какой интерес? Вот тракторист и начал расспрашивать нас о том, как там, в Заполярье, откуда мы в этот лагерь приехали, народ живет. Мы и рассказываем, что ничего так живет. Можно даже сказать, хорошо.

Но общие фразы, типа «хорошо», «плохо», как-то не вдохновили нашего собеседника. Он, соответственно, и перешел к конкретике:

 — А сколько у вас килограмм картошки стоит?

Мой напарник ему и отвечает:

 — Двадцать пять копеек.

На что у тракториста лицо даже визуально вытянулось:

 — Ой, дорого-то как!

А надо сказать, что в советское время цены и на продукты, и на промышленные товары хоть и были фиксированными (едиными для всей страны), но при этом — зонально районированы. И вся страна была поделена на три ценовых пояса. Заполярье относилось к третьему. Поэтому если по всей России килограмм свежей картошки стоил 10 копеек, то в Мурманске, Воркуте или Анадыре — 25. Разница существенная. Зная об этом, напарник и поинтересовался:

 — А у вас сколько?

У тракториста лицо ещё больше вытянулось:

 — А шут его знает!

Тут уж удивляться нам очередь пришла: как не знает?! Неужели он в магазин не ходит и ту же картошку не покупает? Хотя… Может, у него исключительно жена покупками продуктов занимается? Но всё оказалось значительно проще.

На весовую от поля надо было через поселок проехать. И где-то на полпути, тракторист вдруг тормозит, поворачивается к нам и говорит:

 — Ну-ка, пацаны, сняли с тележки ящик с капустой и занесли во двор. Это — моя хата.

Взрослый человек, работник того совхоза, у которого мы, считай, в гостях, нам, пионерам, всё это говорит. Естественно, сняли мы тот ящик и занесли его во двор. Конечно, немного обидно было, что эта часть плодов совместного труда всего отряда до весовой не доедет, но… Вспомнив, какие расценки за уборку той капусты, огорчались мы недолго. Ну, если по копейке-две снимут с дневной выработки каждого… Вроде, и немного. Так стоит ли о той копейке жалеть?!

Хотя нельзя сказать, чтобы в совхозе не боролись с вот такой трансформацией общественного, совхозного, продукта в личный.

Другим днем уже с поля пришли, поели, компот выпили, собрались вставать из-за столов и идти всем отрядом в лагерь, как вдруг забегает в столовую бригадир, у которой на поле мы до обеда картошку убирали:

 — Стойте. Стойте, ребята!

Сказано — сделано. Остановились мы, смотрим на неё — что за пожар? А она нам, чуть дух перевела, и отвечает:

 — Ребята… Тракторист не знал, что вы только до обеда. И пока вы тут кушали, он оставшуюся часть поля плугом поднял, картошку наружу вывернул. Теперь её убрать надо. Может, выйдете с обеда?

А мы уже настроились на матч-реванш с москвичами, которым вчера пятый сет уступили и, соответственно, проиграли. Поэтому один из наших и спрашивает:

 — А что за спешка? Ну, полежит картошка в поле полдня. Завтра с утра выйдем и уберем.

Посмотрела на нас бригадир с сочувствием, как на малохольных, и отвечает:

 — Полдня она, может, и полежит. Вот только за ночь её и без вас выберут. С утра поле чистехонькое будет. Ничего на нем не останется. Ни одной картошечки! Всё понятно? А если понятно, что стоим? Пошли, пошли, ребятушки…

А мы что? Надо, так надо — пошли и выбрали всё, что тракторист без нас выворотил. Чтобы общественное личным не стало.

Но здесь ситуация воспринималась нами, как относительно нормальная. Да, мы — не Знаменский, Томин и даже не Кибрит. Но «если кто-то кое-где у нас порой»… Мы, пионеры, тоже на посту!

А вот другой случай был… Лук мы убирали. Собрали всё, затарили в сетчатые мешки, вытащили их к месту погрузки… И только мы это сделали, по полю пошел трактор, у которого спереди, перед капотом, огромная бочка подвешена, а вправо-влево от неё — два рассекателя, чтобы под давлением из этой бочки жидкость под углом выбрасывало рукотворным дождем. Оно и понятно. Жарко на Кубани летом. Время от времени растения поливать надо. Только…

Только зачем пустое поле поливать? Лук-то мы вот только что убрали. Да и запах какой-то странный от той жидкости, что из бочки вылетает и на опустевшие грядки дождиком ложится. Хорошо, бригадир, увидев наше недоумение, пояснила:

 — Так керосин! Он-то и пахнет. А поливаем им зачем?! Тут такое дело… Лук, как тщательно не убирай его, всё одно — что-то да останется в земле. Вот, чтобы его ночью не выбрали, да по хатам не растащили, и поливаем.

И так иногда бывало в нашем сельском хозяйстве. Сам не ам и другому не дам. Очень я тогда такому подходу удивился. Если совхоз от того, что в земле осталось, отказался, почему бы не дать своим же людям выбрать это оставшееся и совхозу ненужное? Ему — не надо, но это же — продукт, который без дела не останется! Кому-то, но обязательно пригодится. Так нет! Не приветствовалось как-то тогда такое «расточительство».

Обновлено 14.07.2018
Статья размещена на сайте 2.07.2018

Комментарии (6):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Ох, Константин...
    И у меня была прополка свеклы в т.н. "лагере труда и отдыха" летом после 8 или 9 класса.
    И было все именно так, как Вы описали. И копеечные расценки и мелочь свеклы среди рослых сорняков.
    А вспоминаются вечерние танцы под магнитофон - и старший лагеря, учитель нашей школы, разгонявший из кустов прятавшиеся там парочки. А еще вспоминаю рыжую девочку, в которую был тогда по уши влюблен и как приятно с нею было медленные танцы танцевать. А имени ее, или фамилии - уже не помню.

    И картошку я собирал (и в универе и потом, уже будучи очень молодым инженером) - и действительно, ее старательно разворовывали местные. Правда, наш бригадир из местных засаживал себе по весне 30 соток картошки и собирал потом едва ли не тонну - и на продажу и себе.

    Но и тут помню совсем другое - девчонку с параллельного потока и что мы с ней тогда вытворяли. И на танцах и после - уединившись. Живем вместе уже больше 35 лет, двое детей - уже обе на 10 лет старше нас, тогдашних...

    Восхищен Вашей фантазией, хотя... Много недостатков было в тогдашнем сельском хозяйстве - и не надо их придумывать.
    И керосином поля не поливают - с них потом ничего не возьмешь. Этак в том колхозе за несколько лет вообще бы остались без пахотной земли.
    Может быть лучше об овощегноилищах СССРовских написать? Вот уж где реально все ужусы совсистемы...

    Оценка статьи: 3

    • Игорь, если Вы не знаете какого-то вопроса, не сталкивались с чем-то, то прежде, чем говорить, что "такого не может быть, потому что не может быть никогда", напрягите любой поисковик, посмотрите, что пишут умные люди по тому или иному поводу. И тогда, надеюсь, в Ваших коммментах будет меньше и ложных обвинений, и разных благоглупостей.

      http://chudo-ogorod.ru/forum/viewtopic.php?t=2398
      От деда осталась подшивка старых журналов "Приусадебное хозяйство", там я наткнулась на такой старинный рецепт борьбы с сорняками на морковной грядке: пока морковка ещё маленькая, то сорняки выпалывать не удобно и опасно, надо грядку обрызгать из распылителя чистым керосином. Через несколько дней все сорняки погибнут, а морковь не пострадает

      https://www.asienda.ru/post/11276/
      В февральском номере "Моя прекрасная дача" прочитала статью В. И. Селезневой из Томска о том, что она перед посадкой- цитирую-"... на огороде пророщенную картошку купаю в таком растворе: марганцовка+КЕРОСИН+медный купорос+суперфосфат+мочевина. Суперфосфат растворяю в горячей воде. Все эти компоненты беру по 1 ст. л. на ведро воды и заливаю картошку. Постоит 2 ч сливаю и этим же раствором поливаю клубнику... Урожай всегда хороший и т. д.."
      Источник: https://www.asienda.ru/post/11276/

      А вот собственно про лук:
      https://garden.cofe.ru/ororodnyj-pereplyas/Zachem-luku-kerosin
      В ведре воды растворяю стакан соли и 2 ст. ложки керосина, хорошо размешиваю и проливаю приготовленные борозды. Спросите, зачем? Некоторые овощные культуры, в том числе свекла и лук, очень любят немного подсоленную почву. У многих вредителей, обитающих в почве, нервные окончания находятся на коже, соленая вода им не нравится, и они уходят с этих грядок. Керосин – это профилактика от луковой мухи, резкий запах «сбивает ее с толку».

      Прочитав всё это, понимаю, что увиденная мною тогда обработка уже убранного поля керосином (вполне возможно, водным раствором керосина) была проведена не только для того, чтобы народ не выбирал невыбранный лук, но и для борьбы с сорняками и вредителями. В социалистическом сельском хозяйстве, когда для работы нужны были "фонды", а фонды на ядохимикаты были ограничены и доставались не всем, а если и доставались, то в ограниченных количествах, - такие случаи, как описан в этой зарисовке, могли иметь достаточно широкое распространение. В условиях дефицита ядохимикатов, обработка поля керосином (водным раствором керосина) была, в т. ч., и одним из способов борьбы с сорняками и с/х вредителями.

      • Игорь Вадимов Игорь Вадимов Грандмастер 16 июля 2018 в 10:26 отредактирован 16 июля 2018 в 10:26

        Ох, Константин Кучер...
        Ну написали же Вы уже! Написали - поливалка с керосином по полю, где выкопали лук.
        А Вы тут сразу - "опрыскать растение чистым керосином"... - Вы разницу между граммом керосина и тонной керосина видите? Сходу кинулись постфактум керосин водой разбавлять... На ведро воды две столовые ложки керосина...
        НЕХОРОШО.
        У меня другая ассоциация была - в Великую Депрессию в США на свалку выкидывали тысячи и тысячи тонн зерна, хлеба, мяса, колбас - их никто не мог купить. А чтобы не могли и съесть - их поливали керосином, креозотом, нефтью и пр. гадостью.
        Пытаешься помочь, а Вы начинаете разбавлять, уточнять - и меня же обвинять в написании глупостей.
        Текст --
        "...по полю пошел трактор, у которого спереди, перед капотом, огромная бочка подвешена, а вправо-влево от неё — два рассекателя, чтобы под давлением из этой бочки жидкость под углом выбрасывало рукотворным дождем.
        . . . . . . .
        ...Так керосин! Он-то и пахнет. А поливаем им зачем?! Тут такое дело… Лук, как тщательно не убирай его, всё одно — что-то да останется в земле. Вот, чтобы его ночью не выбрали, да по хатам не растащили, и поливаем."
        -- был глупостью. Хотя бы потому что, полей керосином из "большой бочки" (пара сот кило керосина) поле на Кубани летом, в жару, да прикури кто потом метрах в ста от поля, или проедь рядом кто на машине или тракторе (чтобы возникла искра) - жахнуло бы с мощностью в несколько сот кило тротила...
        Я, конечно, кругом виноват, за то что на невозможность написанного указал. И указал без достаточного количества "Кю" в адрес автора, но... Вы ведь написали именно то, что написали.

        Оценка статьи: 3

  • Владимир Голубков Владимир Голубков Мастер 15 июля 2018 в 10:23 отредактирован 15 июля 2018 в 10:27

    Молодец, Костя!
    Сельское хозяйство-тема неисчерпаемая! Можно вспоминать, писать и писать...
    Как-то два года в самом начале шестидесятых годов жил с братом в Зауралье, в Курганской области.
    В школе нас постоянно после обеда все начальные классы отправляли «на колоски».
    Идут детишки, 7-10 лет по полю за комбайном СК-1 и в холщовые торбочки собирают колоски с зерном, которые валки комбайна в бункер отправить не смогли...
    Жара!...
    Пыль!..
    Но ты же среди своих, в коллективе!
    Лет до десяти собирал колоски.
    Поведение всегда хромало, а «за колоски» две грамоты было, помню...

    Хотя это - что!...
    В 1973 - с году первый секретарь ЦК КП Казахстана Кунаев пообещал Брежневу миллиард пудов пшеницы.
    Под этот лозунг «Даёшь казахстанский миллиард!» всех в поля загнали.
    А я тогда в «учебке» был.
    Вот где был ад круглосуточный!...

    Но ничего...

    Никто этим хлебом не поперхнулся, видно пот солдатский особый вкус дал тогда этому хлебу.

    Оценка статьи: 5

    • Молодец, Костя!
      Сельское хозяйство-тема неисчерпаемая! Можно вспоминать, писать и писать...
      Как-то два года в самом начале шестидесятых годов жил с братом в Зауралье, в Курганской области.
      В школе нас постоянно после обеда все начальные классы отправляли «на колоски».
      Идут детишки, 7-10 лет по полю за комбайном СК-1 и в холщовые торбочки собирают колоски с зерном, которые валки комбайна в бункер отправить не смогли...
      Жара!...
      Пыль!..
      Но ты же среди своих, в коллективе!
      Лет до десяти собирал колоски.
      Поведение всегда хромало, а «за колоски» две грамоты было, помню...

      Хотя это - что!...
      В 1973 - м году первый секретарь ЦК КП Казахстана Кунаев пообещал Брежневу миллиард пудов пшеницы.
      Под этот лозунг «Даёшь казахстанский миллиард!» всех в поля загнали.
      А я тогда в «учебке» был.
      Вот где был ад круглосуточный!...

      Но ничего...

      Никто этим хлебом не поперхнулся, видно пот солдатский особый вкус дал тогда этому хлебу.

      Оценка статьи: 5

    • Константин Кучер Константин Кучер Грандмастер 15 июля 2018 в 11:08 отредактирован 15 июля 2018 в 11:08

      Это точно, Володя. Тяжело. Жара. Пыль. И воспоминания об этом тоже остались. Но где-то там, далеко-далеко в подкорке. А прежде, чем вспомнить о них, о трудностях, почему-то обязательно вспомнится пара-тройка таких историй, по финалу которых на лице появляется улыбка.
      Вот и сейчас, прежде чем вспомнить про эти нормы выработки, жару и прочие "прелести", перед ними, вспомнилось о том, как мы убирали огурцы и черешню. И в первом случае очень сильно боялись их есть, потому как нас предупредили, что они только что протравлены, но жажда и чисто наш российский наплевательский подход ко всем и вся, сделали своё дело и... А во втором, наоборот, мы за час съели столько той черешни, что на втором часу работы она уже просто не лезла, а наоборот, настойчиво просилась "вылезти"...