• Мнения
  • |
  • Обсуждения
Вадим Гарин Мастер

Высшее образование: как это было в СССР?

Эта статья не претендует на анализ высшего образования в СССР, его качества и мобильности. Коснемся только двух-трёх эпизодов системы образования. Рассказываю, как это происходило со мной, а выводы делайте сами.

Фото: Depositphotos

Я почти с конца подхожу к советской системе образования. Почему с конца? Да потому, что это, на мой взгляд, самая забытая его часть. Думаю, имею право на размышления в этой области.

Сам учился в двух институтах. Воронежский лесотехнический институт окончил в 1966 году и уже заочно Академию стандартизации метрологии и сертификации. Сдавал, как ученик, кандидатские экзамены, двадцать лет работал доцентом выпускающей кафедры и, наконец, написал кучу учебно-методической литературы, в том числе и четыре учебника. То есть опыта в системе советского образования достаточно. Причём, как вишенка на торте, до пенсии захватил и начало развала системы в период до 2004 года.

На презентации новой книги в Воронежской лесотехнической академии. Нижние два ряда на стенде научные и методические труды автора
На презентации новой книги в Воронежской лесотехнической академии. Нижние два ряда на стенде научные и методические труды автора
Фото: Вадим Гарин, личный архив

Начну с конца: распределение молодых специалистов в СССР.

О распределении сейчас не вспоминают, а напрасно. Оно было частью общего процесса. Распределение — это не только гарантированная работа по окончании института, это ещё начало преддипломной практики: важного этапа в инженерном образовании.

Сейчас напрочь забыта эта очень важная фаза инженерного образования — преддипломная практика и работа над дипломным проектом. Срок практики в советские времена — полгода, в течение которого предполагалась работа на производстве дублёром мастера, технолога или механика. Кроме основной работы, ты был обязан собирать материал для дипломного проектирования по методическим указаниям. Случалось и так, что предприятие временно зачисляло студента на штатную должность.

Мне выпал как раз такой случай: нужен был старший инженер расчётной группы в отдел главного технолога. Меня и зачислили на вакантную должность временно. Хоть я и числился старшим, но фактически попал в ученики и полностью освоил свой участок работы за месяц.

Трудностей в расчётах, которые проводились до шестого знака после запятой, добавляла примитивная счётная техника. В те годы грубые инженерные расчёты производились с помощью логарифмической линейки, которую я постоянно носил в кармане, а расчёты потребности сырья и материалов — на арифмометре «Феликс», который назвали в честь Феликса Дзержинского. Очевидно, потому, что арифмометр был «железный».

У современной молодёжи глаза бы вылезли на лоб, если бы вместо калькулятора или компьютера их посадили бы за этот счётный агрегат, который в работе трещал и звенел, как старый трамвай! Выпускали его с 1929 по 1978 годы, и в моё время он красовался на каждом столе в отделе главного технолога.

Арифмометр «Феликс»
Арифмометр «Феликс»
Фото: dekor-retro.ru

К работающим студентам на практику дважды выезжал руководитель преддипломной практики. Проверял, как мы работаем и собираем материал для проектирования. Консультировал и намечал тему дипломного проекта.

В Воронежском лесотехническом институте распределение проходило за месяц до преддипломной практики, и студенты уезжали для её прохождения на предприятия в те города, где им предстояло работать. Таким образом, проходило предварительное знакомство с будущим местом работы, а сбор материалов для дипломного проектирования давал представление об истории, составе, технологии, продукции, экономике предприятия в целом.

Специальная комиссия распределяла студентов, согласно заявкам соответствующих ведомств или конкретных предприятий, которые также могли присылать персональные заявки на студентов, ранее хорошо зарекомендовавших себя на предыдущих практиках. Под эту статью я и попал. После третьего курса производственную практику проходил в Ростове (часть студентов в Воронеже, большая часть в Армавире).

Распределение — это «трясучка» для студентов. Все хотели попасть в крупные города, находящиеся поближе к родному дому. На распределение приезжали и «покупатели» — представители предприятий и организаций, заинтересованных в привлечении специалистов. В основном это были предприятия системы исполнения наказаний УВД. Они соблазняли студентов предоставлением жилья и другими «тюремными» льготами. (У меня приятель и одногруппник Володя Ерыгин и его жена, таким образом, остались в Воронеже. Володя трудился по месту распределения до пенсии главным механиком на тюремном предприятии.)

Воронежский лесотехнический институт
Воронежский лесотехнический институт
Фото: vgltu.ru

Распределение проводилось по полученным в процессе учёбы баллам. У меня до третьего курса был невысокий балл, а с третьего я учился на «отлично», ни одной четвёрки, поэтому шёл в первой пятёрке претендентов.

Первым на работу по распределению устроился круглый отличник — он выбрал единственную «точку» в Москве, так тогда мы называли будущее место работы. Эти «точки» вывешивались на доске объявлений у деканата. Московской музыкальной фабрике «Лира» требовался механик цеха. Предоставлялось общежитие. Ни до, ни после этого Москвы в распределении никогда не фигурировало. Это был единственный случай.

В нашем распределении перечислялись Орёл, Тирасполь, Оренбург, Магнитогорск, Житомир… Были и совсем захолустные, куда Макар телят не гонял.

Мы с другом Ваней Матюшиным договорились, что поедем в один город. Парных заявок на работу по распределению было несколько, их преимущественно предлагали семейным. Однако мы имели более высокие баллы, а на меня ещё лежала персональная заявка от Ростовской мебельной фирмы «Дон», где я сумел понравиться на предыдущей практике, когда работал столяром-станочником в экспериментальном цехе и лез «во все дырки». Мне предложили там работу и прислали заявку в институт.

В Ростов пришла парная «точка», но на разные предприятия. Ваня поехал в Ростсельмаш, а я на мебельную фирму.

Студенты на лекции
Студенты на лекции
Фото: zen.yandex.ru

Не знаю, как обстояли дела в других инженерных вузах, но думаю, что поскольку методика в учебных программах СССР существовала единая, то и все инженерные институты обязаны были ей подчиняться. У нас по специальности «Механическая технология мебельного и деревообрабатывающего производства» дипломный проект не зря назывался именно проектом. Во-первых, он разрабатывался по методике проектирования реконструкции или нового строительства мебельных или деревообрабатывающих предприятий. Он состоял из 12 листов ватмана с чертежами каждой части проекта и объёмной пояснительной записки.

Я имею возможность сравнения с реальным проектом: в моём научно-производственном объединении, где я трудился до перехода на преподавательскую работу, была группа так называемого комплексного проектирования с четырьмя ГИПами (главные инженеры проекта), разрабатывающая проекты нового строительства, как, например, Таганрогского мебельного комбината или реконструкции Сальского мебельного комбината. В этом подразделении работали мебельный отдел, технологический, строительные отделы, отопления и вентиляции, сметный отдел и другие вспомогательные службы, обеспечивающие разработку и выпуск проектно-сметной документации.

Конечно, дипломный проект отличался от реального многими параметрами и прежде всего- объёмом. Но главное — он выполнялся по действующей методике проектирования. Впоследствии я написал учебник по дипломному проектированию.

Высшее образование: как это было в СССР?
Фото: Вадим Гарин, личный архив

Само дипломное проектирование выполнялось в специально отведённой аудитории, оснащённой чертёжными кульманами. Работа над дипломным проектом практически ничем не отличалась от работы любого НИИ. Туда же раз в день приходили руководители дипломных проектов — преподаватели выпускающих кафедр. Они контролировали и консультировали своих дипломников. Кроме того, студенты, имея индивидуальные темы проекта, общались между собой, что тоже помогало общему делу. Всё было, как говорится, без «дураков».

Спросите, почему я так подробно описываю этот этап профессионального обучения? Да потому, что он являлся завершающим и собирающим в кучу все ранее полученные знания по специальности. Это был последний и самый важный финальный аккорд в обучении студента и присвоении ему квалификации инженера.

Темы дипломного проектирования (новое строительство или реконструкция предприятий) начинались с разработки генерального плана, строительной части, конструкции изделий, технологии производства, автоматики, конструктивных разработок и экономической части. Представляю, как всё это выглядело в элитарных учебных заведениях вроде Бауманского училища!

Чертежный кульман
Чертежный кульман
Фото: ru.wikipedia.org

Сама система была отработана годами и давала хороший результат: средняя школа — институт (здесь был возможен промежуточный вариант техникума) — производство. Первые три года работы на производстве тоже можно смело включить в общую систему образования, которой лишены нынешние выпускники. В течение трёх лет каждый имел статус молодого специалиста, а также персонального наставника, утверждённого приказом по предприятию.

Молодого специалиста запрещалось уволить без специального разрешения министерства. По закону молодые специалисты имели право на внеочередное получение жилья, что закреплялось в специальной графе направления на работу, выдававшегося вузом. Если студент распределялся «с жильём», по прибытии его обязаны были обеспечить общежитием или выделить пособие для аренды жилья.

У меня в направлении на работу указывалось «без предоставления жилья», поэтому я не мог рассчитывать даже на общежитие. Но это не отменяло статуса «молодого специалиста». Молодые специалисты получали льготы в устройстве детей при их наличии в дошкольные учреждения.

После окончания института и вручения диплома мне, как и всем студентам, выплатили стипендию за месячный отпуск и оплатили проезд до места распределения, Ростова-на-Дону. Общежитие на фирме оказалось крохотным. Там проживало всего девять человек, и я долго мыкался по съёмным квартирам, но был прописан в общежитии и стоял в льготной очереди на получение жилья, а через четыре года получил от предприятия двухкомнатную квартиру.

В общежитии
В общежитии
Фото: do-slez.com

Никогда не забуду той щенячьей уверенности после защиты проекта, что я всё на свете знаю! Когда появился на производстве, думал, что я корифей и всех сам научу! «Фундаментальные знания» лучами исходили на окружающих. Правда, меня очень быстро поставили на место, и я, получив пару раз мордой об стол, опять «сел за парту» и в течение двух лет упорного труда стал настоящим специалистом.

Тут присутствовал и определённый снобизм производственников. Я часто слышал:

— Забудь, чему тебя там учили, всяким глупостям, а вот мы тебя по-настоящему научим…

Я верил и старался, но потом понял, что это совсем не так. Институт давал фундаментальность и ту широту инженерного образования, которой самоучки даже с образованием техникума не имели. Институт давал базу инженерных знаний, учили нас нужному.

Так что разрушили в системе образования в 90-е годы?

Связь высшей школы с производством. В первую очередь, отменили распределение, этим отправили на улицу тысячи молодых специалистов. У меня нет статистических данных (в Интернете приводят цифру: только 20% работают по специальности) об их трудоустройстве, но вижу своих бывших студентов в ларьках, шиномонтажных, в магазинах и пр. В лучшем случае они работают индивидуальными предпринимателями или редко кем-то в акционерных обществах.

Закон о молодых специалистах и гарантии их социальной защиты утратили силу.

В вузах страны отменили производственные практики и заменили их экскурсиями. Ранее в учебном процессе предусматривалось три практики: после второго и третьего курса по месяцу на рабочих местах с написанием отчёта и уже упомянутая полугодовая преддипломная практика.

Плакат времен СССР
Плакат времен СССР
Фото: artchive.ru

Предприятия стали акционерными и не были заинтересованы держать у себя часто бестолковых и беспокойных студентов. Ушла идеология подготовки специалистов, пришло время зарабатывать деньги, получать прибыль!

А дальше пошло-поехало, посыпалось… Совсем отменили преддипломную практику и стали пользоваться устаревшими материалами, накопленными кафедрами в советский период. Да и сами прежние методики постепенно утратили актуальность. Дипломные проекты заменили дипломными работами. Зачахли и развалились учебные мастерские и лаборатории.

Продолжение следует…

Статья опубликована в выпуске 30.04.2021

Комментарии (4):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Все правильно отработанная система, для тех кто не хочет учиться, училище, для тех, кто не определился техникум, для амбициозных или кто себе может позволить дневное отделение - высшего образования сразу институт. А далее, кто как смог. Я закончила техникум, а потом поняла, что его мало и пошла на вечерний. Прошла от техника КБ , на кульмане, документация, чертежи и до инженера Проектного института на ВЦ, пошла бы дальше, но тут...вы сами помните....91 год и карьере конец. Анализируя по своим детям, наше советское образование лучше и качественнее. Система отработки 3х лет, считаю правильное, получаешь бесплатное образование и давай отрабатывай там куда направит государство. Не хочешь, так плати за образование. Вообщем все хорошее похерено, все плохое взято с запада, все эти тесты, бедные дети,...и что в итоге...заканчиваем институт и работаем в другой сфере...

  • Ушла идеология подготовки специалистов, пришло время зарабатывать деньги, получать прибыль! -- а прибыль можно получать разными способами, например, сдать в металлолом станки(хорошая прибыль, особенно если там меди много) и превратить цех в офисное здание - и сдавать офисы.
    Или вообще - продать дорогую землю в центре города и на эти миллионы уехать жить на тропические острова.
    И это верно не только у нас - даже в огромных концернах руководство часто зарабатывает как на росте стоимости акций компании, так и на их падении. Иногда продают и офисные здания, цеха компании - вырученных денег одному хватит надолго.

    Оценка статьи: 5