• Мнения
  • |
  • Обсуждения

Владислав Артемов

Ну ясно.
Хабаров А.И. Тюрьма и зона. - М.: Центрполиграф, 1997. - 396 с. Можно скачать и сравнить.

Александр Владимирович Кучинский
Автор книги "Тюремная энциклопедия"- журналист, консультант Центра общественных связей УВД Донецкой области.

Книжку Кучинского "Тюремная энциклопедия" бегло пролистал. Процентов на 80 текст наш с Сашей Хабаровым. Слово в слово. Не знаю, что и думать. Какие будут предложения?

22 января 2010 в 22:32 отредактирован 22 января 2010 в 23:11 Сообщить модератору

Кучинский А.В. Тюремная энциклопедия.

(по поводу статьи "Чифирь")

Намек на плагиат. Понял.
Эту, так называемую "Тюремную энциклопедию" написали мы с замечательным поэтом Александром Хабаровым, и вышел первый тираж в 1997 году. В издательстве "Ценрполиграф" под названием "Тюрьма и зона".
Поскольку Хабаров сидел два раза, то и автором записали его. Чтобы братва не наехала на меня, не сидевшего. Я скромно записался редактором. Но в издательском договоре оба наших имени стоят равноценно.
Затем книгу пиратски печатали и продавали по всей стране, кто только мог. Даже на Украине вышел тираж. Нам, конечно, ни копья. И судиться смысла, как вы понимаете, не было. Вот, собственно, и все. С уважением...

А может отловить этого Кучинского? Да привлечь...

21 января 2010 в 22:05 отредактирован 22 января 2010 в 19:51 Сообщить модератору

В современной индийской брошюре с рецептами приготовления чайного напитка автор после слов: «Возьмите столько-то ложек чаю» не забывает в скобках добавить: «купленного у добросовестного продавца».
Фальсификация чая едва ли не столь же древнего происхождения, как и само производство чая.
Российскую фальсификацию чаёв можно разделить на два основных вида. читать дальше →

21 января 2010 в 21:54 отредактирован 21 января 2010 в 21:55 Сообщить модератору

Марианна Власова, Простите. Лет 10-15 назад серьезно интересовался этой темой. Огромную книгу написал, собрал бездну материала, перевел массу статей, накопил более 1000 иллюстраций. Обошел практически все представительства чайных фирм... Но как-то дело само собою увяло. Да и лень одолела. Да и предложили за работу тысячу, что ли, долларов... Не помню уже. Мизер, короче... И я ушел в управдомы. Указать источники вряд ли смогу, ибо сильно все переделывал, а рыться в материалах 15-летней давности опять же лень. Так что вот просто выкладываю какие-то главки. Для души. Не для диссертации.

21 января 2010 в 09:52 отредактирован 21 января 2010 в 09:56 Сообщить модератору

Распространение чаепития в России сопровождалось очень характерным явлением, какого в других странах не замечалось. По всей Руси великой, главным образом в великороссийских губерниях и даже у инородцев, вошло в обычай просить при каждом удобном случаe «на чай, на чаек», и немного оставалось местностей, гдe еще по старинному просили «на водку». Выражение «на водку» заменилось более деликатной просьбой «на чай», и сложилась поговорка «ныне и пьяница не просит на водку, а все на чай».
Можно с достоверностью предположить, что прежде всего просьба на чай распространилась в среде ямщиков, а потом уже перешла и в другие рабочие слои русского общества.
Давать на чай ямщикам вошло как бы в обязанность проезжего и составляло как бы одно из звеньев русского обычного права, это настолько укоренилось, что для людей, едущих по казенной надобности и не платящих прогонов, было даже установлено законом давать прибавку ямщикам. Отказ в этом признавался чем-то неестественным и невероятным.
После ямщиков чайная подачка вошла в привычку среди прислуги гостиниц, ресторанов, трактиров и т. п., потом перешла и в другие низшие слои населения. На чай получали также все, нанятые для каких-либо услуг, как обычную прибавку к договоренной заработной плате, а также люди, оказывающие мимолетные услуги, вроде швейцаров, лакеев, посыльных, носильщиков и т. п. Термин «дать на чай» стал общим для всей России. Эта условная форма косвенного вознаграждения за необязательную недоговоренную работу получила такое значение, что известный немецкий ученый Геринг посвятил ему особую большую монографию, в которой с немецкой обстоятельностью все разложил по полочкам и классифицировал:
«…в России эта форма имеет три оттенка:
1) дают на чай, как добавочную полюбовную плату к выговоренной уже плате за особенное старание (например, ямщикам и извозчикам за то, что хорошо ехали), но в некоторых случаях эта необязательная форма обращается в обязательную (например, в театрах и других местах за сбережение платья);
2) как прямая плата за услугу, но не определенная заранее количественно, а только подразумеваемая (как например, комиссионерам, посыльным, носильщикам и т. п.);
3) в смыслe праздничных денег («с праздником» разным служащим лицам, работникам и т. п.).
В совокупности все эти «чаи» составляют весьма крупную сумму и значительный процент в бюджете. Для нас важен самый термин «на чай», доказывающий — какое серьезное значение придается этому напитку, благородным названием которого прикрываются более низменные цели. Было бы наивно, конечно, полагать, что «чаевые деньги» действительно идут на потребление чая. Этим термином прикрывают часто желание сорвать что-либо с «барина», «выпить водки», только эти желания замаскировываются употреблением всуе слова «чай».
В других государствах, где чай не имеет такого общественного значения, подобной маскировки нет, а просто говорится «на выпивку» (Trinkgeld, pourboir), или это имеет характер добровольной подачки (по-итальянски — buono mano). Между тем там эта форма имеет, пожалуй, еще большее распространение, чем в России…»
Впрочем, А. фон Гакстгаузен, путешествовавший по России в 1840-х гг., писал по этому поводу следующее: «Петербуржец, уже захваченный европейской культурой, шепотом просит на чай, москвич же честно просит на водку».

При Александре II в Москве появились первые чайные. Для них правительство установило, на зависть всем прочим питейным заведениям, особые льготы: минимальную арендную плату и очень низкий налог. Вначале их открывали на рабочих окраинах, вблизи крупных промышленных предприятий, потом появились они около рынков и стоянок извозчиков. Чайные имели право открываться в 5 утра, когда трактиры были еще закрыты. Для крестьян, приехавших на базар, для извозчиков, ожидающих седоков, для холостого рабочего люда эти чайные стали самым популярным местом отдыха и встреч.
Как правило, в каждой чайной было по три комнаты. Хозяевам чайных разрешалось иметь «музыку» (граммофон) и бильярд. Почти во всех чайных имелись подшивки газет. А вот алкогольными напитками они не имели права торговать. Кипяток разрешалось подавать только в самоварах.
К чаю подавали молоко, сливки, хлеб, бублики, баранки, масло, колотый сахар.
Вот как описывает смоленский краевед А. Я. Трофимов одну из городских чайных конца минувшего столетия, которую содержало общество попечения о народной трезвости.
«Это было одноэтажное деревянное строение до 25 метров в длину: два зала, кухня, где повара готовили легкие закуски — блины, яичницу, мясные и рыбные блюда.
Исстари наши кабаки и чайные были не только питейными заведениями, но и своеобразными народны¬ми канцеляриями. Здесь за умеренную, а то и вовсе мизерную плату могли составить прошение, жалобу — любую бумагу. А писарями в кабаках и чайных «служи¬ли» бывшие мелкие служащие присутственных мест, коим пришлось расстаться со столом в казенном доме по причине неумеренного пристрастия к горячительным напиткам. По вечерам в этом «писарском» зале через проекционный фонарь показывали зрителям «туманные картинки», беря за вход 1-3 копейки.
Во втором зале царил дух гастрономии и чая. В ту пору чай пили «парами». Пара чая состояла из двух чайников: большого с кипятком и малого с заваркой, а также из 2-3 кусочков сахара. Один человек мог выпить по настроению 5-10, а иногда и больше чашек, так как кипяток добавлялся за ту же цену. За отдельную плату можно было заказать закуску по выбору.
Чай подавали не только парами (в двух чайниках), но и доливали кипяток из особых медных чайников, которые получили название «чайник — сбоку ручка»: у него был длинный носик, позволявший подливать кипяток из-за спины сидящих за столом.
Характерной чертой большинства чайных являлись длинные общие столы. Сидевшие за такими столами могли вести общую беседу, делиться новостями».
В конце XIX века уже во всех больших центрах распространяются народные трактиры, столовые и чайные, где была запрещена продажа крепких напитков. Подобные же заведения стали появляться и в мелких поселках. В съестных лавках и на постоялых дворах чай был еще дешевле, причем если его спрашивала артель, то брали «гуртовую» цену с уступкой.
В центре внутренней торговли чаем — на Нижегородской ярмарке — для народной чайной устроено было особое каменное здание, где очень дешево отпускали чай с тремя кусками сахара.

19 января 2010 в 16:38 отредактирован 21 января 2010 в 16:44 Сообщить модератору

Кучинский А.В. Тюремная энциклопедия.

ЧИФИР
В старину за чаем русские купцы обговаривали миллионные сделки, за чаем вершились сватовства. По количеству потребляемого чая лишь старушка Англия (с колониями) опережала Россию, но по качеству чая наша страна не уступала никому. В Москве продавалось более 60 сортов чая, среди которых были нынче вообще неизвестные сянь-линский и «златовидный ханский»...
В советское время чай заново родился в местах лишения свободы и стал основным источником витаминов и жизненной энергии для тысяч и тысяч зеков, прошедших тюрьмы и лагеря.
Из чая зек приготовляет напиток, именуемый «чифиром» (чифир, чифирь). читать дальше →

25 сентября 2008 в 22:20 отредактирован 22 мая 2018 в 09:45 Сообщить модератору

Перестаем пить и ложимся спать максимум часов в 10.
2. Утром заставляем себя встать также часов в 10

Это, батенька, не запой, если можешь проспать 12 часов кряду. Это обыкновенное пьянство. А когда сосущая гадина-тоска присасывается к солнечному сплетению, то тут уж не до сна. Либо выпиваешь 100-150 и впадаешь в забытье на пару часов, либо лежишь без всякого сна, с ужасом глядя в потолок или в телевизор. И терпишь, терпишь, терпишь... Хорошо, если есть снотворное или, на худой случай, корвалол. 50-60 капель чуть успокаивает. Через час еще капель 40. Потом еще... К утру пузырек корвалола пуст. А тебе еще надо сутки перемаяться, перетерпеть... Надо бы с врачом посоветоваться, чем грозят эти дозы корвалола. Как бы сердчишко не надорвать. Ставлю за гуманизм 4,5 балла.