Владимир  Жестков Грандмастер

Неужели уже прошло сорок дней? Памяти Юрия Петровича Любимова. Часть 2

К несчастью, в практику советской системы вошло лишение гражданства не устраивающих ее всемирно известных творческих личностей, когда они оказывались за границей. Так произошло и с Юрием Петровичем Любимовым.

Itar-Tass, Scanpix

В 1983 году он был приглашен в Англию для постановки «Преступления и наказания». Ему пришлось дать многочисленные интервью, в которых он, как и обычно, не подбирал слов, говоря о ситуации в нашей стране. Это вызвало ответную реакцию властей: в марте 1984 года Любимова освободили от должности художественного руководителя «Театра на Таганке», а в июле лишили советского гражданства.

Было запрещено любое упоминание о нем в печати, сняты некоторые спектакли, поставленные им, в частности «Борис Годунов» и «Мастер и Маргарита». Сам Любимов связывал это с прошедшими за четыре года до того похоронами В. Высоцкого, по иронии судьбы, совпавшими с Московскими Олимпийскими играми и превратившимися во всенародное шествие, несмотря на требование властей похоронить поэта и актера без шума.

Выброшенный из своей страны, Любимов не пропал, ему моментально предоставили гражданство Израиль и Венгрия, ведущие мировые театры наперегонки бросились к мастеру с предложениями работы. И он продолжил свою удивительную деятельность. Неутомимый трудоголик и экспериментатор перебирался из страны в страну, оставляя в театрах шедевральные постановки. Разные страны, разная публика, с разным менталитетом и говорящая на различных языках. Классические оперные спектакли сменяются драмами и его собственными инсценировками. Как он это все смог? Непостижимо!

Посмотрите и подумайте сами: 1983, Италия, Болонья — опера «Тристан и Изольда» Вагнера; 1983, Италия, Флоренция — опера «Риголетто» Верди; 1984, Австрия — «Преступление и наказание» по Достоевскому; 1985, Европейское турне, Лондон, Париж, Болонья, Милан — «Бесы» по Достоевскому; 1985, Болонья — «Пир во время чумы» Пушкина; 1985, Германия — опера «Фиделио» Бетховена; 1986, Австрия — «Ревизская сказка» по Гоголю; 1986, Германия — опера «Мастер и Маргарита» Кунада; 1986, Швейцария — опера «Енуфа» Яначека; 1986, Франция — опера «Саламбо» Мусоргского; 1986, Израиль — «Закат» Бабеля; 1986, Великобритания — опера «Енуфа» Яначека; 1986, Швеция — «Пир во время чумы» Пушкина; 1987, США, Вашингтон — «Преступление и наказание» по Достоевскому; 1987, США, Чикаго — опера «Лулу» Берга; 1988, Германия — опера «Тангейзер» Вагнера; 1988, Израиль — «Добрый человек из Сезуана» Брехта; 1988, Великобритания — опера «Золото Рейна» Вагнера; 1988, Швеция — «Мастер и Маргарита» по Булгакову.

Вынужденная эмиграция, начавшись неожиданно, в 1988 году неожиданно и закончилась. Любимов вернулся домой, но обязательства перед западными театрами вынуждали его продолжать эту немыслимую гонку. К этому времени ему уже исполнилось 70 лет, а он мчится из страны в страну, попутно восстанавливая те спектакли в родной Таганке, которые ранее были запрещены цензурой («Живой» Можаева был поставлен еще в 1968 году, а премьера состоялась 23 февраля 1989 года; «Владимир Высоцкий», поэтическое представление, постановка 1981 года, выпущен в 1988 году; «Борис Годунов» Пушкина, постановка 1982 года, выпущен в 1988 году).

Продолжим перечень его зарубежных работ: 1989, Великобритания — «Гамлет» Шекспира; 1990, Германия, Гамбург — опера «Леди Макбет Мценского уезда» Шостаковича; 1990, Карлсруэ, Германия — опера «Пиковая дама» Чайковского; 1991, Мюнхен, Германия — опера «Любовь к трем апельсинам» Прокофьева; 1991, Финляндия — «Подросток» по Достоевскому; 1992, Финляндия — «Комедианты» по Островскому; 1993, Австрия, Венский фестиваль — «Живаго» по Пастернаку; 1993, Греция — «Чайка» Чехова; 1994, Греция — «Кредиторы» Стриндберга; 1995, Греция, Афины — «Медея» Эврипида; 1995, Греция, Дельфы — «Птицы» Аристофана"; 1995, Греция, Афины — «Вишневый сад» Чехова; 1997, Москва, «Новая опера» — опера «Пиковая дама» Чайковского.

Одновременно Любимов ставит новые спектакли на «Таганке». Казалось бы, всё, happy end, но судьба непредсказуема. В театре произошел раскол, группа актеров, возглавляемая Н. Губенко, который во время отсутствия Любимова пару лет возглавлял театр, став затем последним Министром культуры СССР, высказала свое недоверие Учителю, заподозрив его в утаивании контракта на приватизацию театра. Следует отметить, что Н. Губенко на посту Министра проявил значительные усилия для возвращения Любимову советского гражданства, но после его появления в театре между ними возник непримиримый конфликт. В результате бурного выяснения отношений часть труппы организовала новый театр, который они назвали «Содружество актеров Таганки», при этом заняв новое здание, оставив сторонникам Любимова старое, в котором когда-то размещался кинотеатр «Вулкан».

Любимов не сдался и продолжал творить. Он всерьез занялся классикой, поставив с молодыми актерами такие шедевры мировой драматургии, как «Электра» и «Антигона» Софокла, «Подросток» и «Братья Карамазовы» по Достоевскому, «Горе от ума» Грибоедова, «Шарашка» по Солженицыну, и много других замечательных спектаклей.

Новый поворот судьбы произошел летом 2011 года. Театр находился на гастролях в Чехии со спектаклем, что символично, «Добрый человек из Сезуана». Молодые артисты устроили публичный скандал, потребовав от Любимова гонорар за зарубежные гастроли. Не будем вдаваться в суть конфликта и разбираться, кто прав, а кто не очень. В любом случае Любимов, восприняв форму этих требований как личное оскорбление, что, с моей точки зрения, совершенно справедливо, принял решение уйти из созданного им театра.

Театр остался стоять на своем месте, но превратился в обычный, самый заурядный театр, а Юрий Петрович продолжил сумасшедшую творческую жизнь, поставив в 2013 году свою 34-ю оперу «Князь Игорь» Бородина в Большом театре. 20 мая 2014 года в театре «Новая опера» состоялась премьера «Школы жен» по комедии Мольера, идею которой, да и либретто, написал Любимов.

Вернулся Любимов и в свой родной Вахтанговский, где вместе с внуком знаменитого Рубена Симонова, тоже Рубеном, поставил свой последний драматический спектакль — «Бесы» по Достоевскому.

Имя Юрия Любимова навеки осталось в истории искусства, а вот сюжет жизни мастера оказался завершен. Больше ни одной строчкой его дополнить нельзя. Остается только вспомнить эпиграф к пьесе Булгакова «Кабала святош» о Мольере, в которой Любимов сыграл главную роль: «Для его славы уже ничего не нужно. Но он нужен для нашей славы».

Цитата из телебеседы В. Познера с Ю. Любимовым:

Познер: «Когда вы предстанете перед Господом, что вы ему скажете?»
Любимов: «Старался».

Статья размещена на сайте 12.11.2014

Комментарии (11):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Уважаемый господин Роман Солодов!
    Извините за беспокойство, но мне кажется, что мое письмо на Вашу почту Вы не получили.
    Если это действительно так, то напишите мне ответ на jestkov_va@bk.ru, тогда я Вам просто пошлю ответ и все будет в полном порядке.
    С уважением,
    Владимир Жестков

    Оценка статьи: 5

  • Уважаемый г-н Жестков! Я Вам посылал адрес своей почты в одном из сообщений. Делаю это второй раз и жду главу. rsolodov@hotmail.com
    С уважением Роман.

  • Название для статей выбрано неудачно: фраза о сорока днях смотрится нелепо при публикации, которой в сети бродить и бродить.

  • Уважаемый господин Роман Солодов! Мне тоже кажется, что мы приблизительно одного возраста, если и есть разница то она небольшая, лично я с 43, как раз в самый разгар войны. Ну и естественно знаю, зачем мяли газеты. Успею или нет, от нас не зависит, но поскольку утром просыпаюсь, а у меня все болит, значит пока жив. С этим ничего не поделаешь, нахожусь уже в опасной возрастной категории, знакомые мрут и спереди и сзади, то перелет, то недолет, но ждать не хочется, поэтому продолжаю работать, да по миру кататься.
    Благодарю за Ваше любезное предложение прислать, что-либо из написанного. Рискну на "личку" послать первую главу того, что я гордо называю "повестью". Буду ждать Ваше мнение.

    Оценка статьи: 5

  • Уважаемый г-н В. Жестков! Я так понял, что мы с Вами поколение примерно одного возраста. Есть даже такая смешная фраза - "мы из поколения, которые знало , зачем мнут газету". Насторожили слова "надеюсь успеть". Успеете! Не торопитесь. Ваш какой-либо рассказ прочитал бы с удовольствием и интересом. У меня у самого рассказов на книгу. Пришлите. Почитаю, выскажу мнение. Мои друзья - профессионалы дают мне свои книги на рецензиии и отзывы. Так что жду от Вас.
    Видел фильм "Все остается людям" с тем же Черкасовым, Поповым - вот уж был великий актер. Но это был совковый ужас. Извините. Но так часто бывает, что спектакль одно, а фильм совсем другое.
    И еще маленькое замечание. Представьте, забыл слово "театрал" Написал "театроман". Вот что значит уехать из страны.
    С уважением Роман.

  • Владимир  Жестков Владимир Жестков Грандмастер 15 ноября 2014 в 22:20 отредактирован 15 ноября 2014 в 22:25

    Уважаемый господин Роман Солодов! Большое спасибо за ответ и рекомендации. Когда-то я действительно любил театр и частенько его посещал. Дело доходило до того, что я ездил в Питер на спектакли с участием Бруно Фрейндлиха в Александрийском театре, или на его дочь с мужем в Ленсовета, или на великолепнейший спектакль "Все остается людям" с Черкасовым в главной роли. Помню до сих пор, как будто это вчера было, хотя прошло около полусотни лет. В Киев летал на свою любимую актрису Аду Роговцеву посмотреть, ну а в Москве ходил в театр как на работу, каждую неделю. Потом заела работа, занимался серьезно наукой, защитил пару диссертаций, из-за неуживчивого характера (не любил, когда на меня начинали сильно давить, пытаясь согнуть), поменял направление деятельности вместе с работой, в 87 вообще ушел с госслужбы, а последние два десятка лет начал производственный этап, чем занимаюсь и поныне. При этом пришлось и место жительства поменять, правда не так круто как Вы. Попытался уехать, прожил полгода за кордоном, понял что это не мое и вернулся, тем более, что дела вроде бы в России пошли неплохо.
    Недавно правда начал неожиданно для себя писать. Вот и в "Школе жизни" поучаствовал целых полгода. Немного руку набил. Сейчас пишу повесть, надеюсь успеть ее издать вместе с рассказами, единственно не знаю с чего начать, но четко осознаю, что, если чего то очень хочешь, то все осуществляется.
    С уважением,
    Владимир Жестков

    Оценка статьи: 5

  • Уважаемый г-н В. Жестков! Спасибо, что купили книги. Первый том (белый) был издан издательством "Время". А со вторым они стали тянуть. Я к этому времени написал уже третью книгу и ушел в другое издательство. Оно издало все три сразу. Вот отсюда такой разнобой. Торопиться с чтением не советую - это шутка.
    Теперь по поводу Любимова. Если он писал сам, честь ему и хвала. Снимаю шляпу. Я ведь уехал в 91-ом. И потому посмотреть его спектакли уже не мог. Интересно, что они, оказывается, засняты. Поищу...
    Кстати, уж если о театре. Самое большое впечатление на меня произвел спектакль "Доходное место" в постановке М.Захарова в театре Сатиры. Всего девять представлений, и закрыли спектакль. Я потом разговорился с Пороховщиковым (мы не были знакомы,я подошел к нему на ремонтной станции), и он сказал мне, что только он поехал на "церемонию" сжигания декораций к этому спектаклю.Это был его звездный час - он переиграл Миронова. Это было нечто.
    И еще один спекракль "Мещане" в исполнении актеров БДТ. Это был телевизионный спектакль. Наверняка он сохранился - посмотрите. Вы же, как я понял, театроман. Дай Вам Бог увидеть этот шедевр Лебедева. Какая работа!.. Не пожалеете.
    А все романы написал уже в Штатах. Сейчас вышел последний "Время откровений". В Штатах. Но, может быть, появится и в России в начале будущего года. Сообщу.
    Всех благ.

  • Уважаемый г-н В. Жестков! Еще бы я возражал, чтобы Вы прочли и написали мне, что Вы думаете по поводу моих книг. Сочту за честь! Это не просто вежливая отписка - я действительно очень рад. Я дам Вам мой адрес: rsolodov@hotmail.com/ Так что, если возникнет желание, то конечно... Вы напишите мне откровенно, если вообще захотите написать. Не захотите, никаких претензий. Меня все устроит.
    Я не видел спектаклей Эфроса на Теганке. Кстати, не подскажете, кто поставил "Мастера... В моем фильме у меня ссылка на этот спектакль, а вот кто был режиссером не помню. А по поводу Любимова могу сказать, что никаких претензий к нему нет в связи с отказом читать наш текст. Это личное дело режиссера и смешно было бы нам обвинять его. Мы просто знали, что он отличный чтец и хотели как лучше. Теперь насчет больших произведений прозы. Я думаю, что эти произведения прежде всего превращали в пьесы. И у меня большие сомнения, что это делал сам Любимов. Это была не его работа. Признаюсь, что со спектакля "Три девушки в голубом" мы просто ушли. И тоже не помню кто постввил. Заела безнадега и ушли. Я не возражаю насчет Вашего постулата, что Эфрос уйдет, а Любимов останется. Пусть будет так. Хоть кто-то останется. Я знаю только, что Эфрос хотел помочь. А Любимов всегда рассматривал Таганку как свою вотчину. А это, каким бы ни он гениальным режиссером, не совсем правильно.

    • Уважаемый господин Роман Солодов, книги уже оплатил, взял пока Ваш роман "Белая кость" в трех томах. Буду ждать, когда к нам их привезут. Времени читать к сожалению не много, поэтому на быстрый ответ не рассчитываю. Кстати, а чем отличаются эти три тома от однотомника с тем же названием?
      Теперь некоторые ответы на Ваши утверждения. Я всегда был уверен, что инсценировки прозаических произведений Любимов писал сам. Оказалось, что большинство (Братья Карамазовы, Театральный роман, Евгений Онегин, Владимир Высоцкий, Живаго) действительно написал он сам.Это была часть его работы, вначале писал, вживался в текст, а затем уже ставил. Когда все успевал - большой вопрос. А вот Мастера и Маргариту инсценировал Владимир Дьяченко. Но это я описал только то, что успел просмотреть. Кстати оказалось, что большинство спектаклей Таганки можно посмотреть он-лайн.
      А Таганку он действительно рассматривал как свое основное произведение и естественно у него было к театру собственническое отношение, он этого и не скрывал, но затратив множество сил на новое здание театра, без боя отдал его "Содружеству актеров", считая, что борьба за эту крышу, какая бы она удобная не была и хотя он вложил в нее кучу своих мыслей и сил, не стоит предстоящих усилий. Тем более, что старую сцену у него никто не отбирал.

      Оценка статьи: 5

  • Хорошая статья. Спасибо. Но у меня несколько другое отношение к этому режиссеру. Более спокойное. О покойниках либо хорошо, либо ничего. Но все же нельзя забыть, что он сказал по поводу смерти
    Эфроса (это был гений), которого труппа "убила"с его подачи. Он пришел спасать театр и начал это делать, но ему не дали. А Любимов сказал просто: "Собаке собачья смерть". Он по поводу Эфроса не придерживался правила "о покойнике"... И я видел его на репетиции, когда мы с режиссером решили, что он сможет озвучить наш фильм о коллективизации.(1989 год) Любимов отказался, мотивируя занятостью. Текста он не прочитал, а фильм потом озвучивал Ульянов, который прекрасно справился с этой задачей. Но на репетиции (Пир во время чумы) я увидел режиссера, который ментально остался жить в Совке и делал спектакли в этом ключе - вставить еще один фитиль... Это было неинтересно.
    И вообще, имена режиссеров остаются в истории кино - фильмы в принципе бессмертны, как фильмы Чаплина, Феллини и так далее... А с тетром совсем другая история. Появляется новый постановщик и забыли о старом... Потому Любимов войдет в историю прежде всего как режиссер -диссидент. А его работы - прекрасные, талантливейшие ( мне посчастливилось быть на премьере " Доброго человека из Сезуана" - восторг!!!) уйдут в прошлое. Их не записали, вот в чем горе. И Любимов уйдет в прошлое. Он не Станиславский, создавший систему, по которой учатся во всем мире. Потому и оценка четыре.

    • Роман Солодов, прежде всего позвольте Вас поблагодарить за такой обширный комментарий, написанный со знанием дела. Отношение к гениальному режиссеру, каким был Юрий Петрович, может быть любым, и восторженным, как у меня, и негативным, что и сопровождало его всю жизнь. Как правило, ведь именно так бывает с любой незаурядной личностью, кто-то ее принимает "на ура", а кому-то она поперек дороги встает. Наверное Вы знаете почему так отозвался Любимов на смерть Эфроса. Он обоснованно или не очень, не мне судить, посчитал, что Анатолий Васильевич предал его, Любимова, придя на Таганку и пытаясь своим авторитетом подмять, а может быть в чем-то даже принизить роль Любимова в потрясающей популярности Таганки. Я видел пару спектаклей, поставленных на Таганке Эфросом, но на меня они впечатления не произвели. Довелось мне посмотреть и ряд спектаклей, поставленных Эфросом в других московских театрах. Я не профессионал, возможно просто дилетант, но сказать, что меня они потрясли - никак не могу. Добротные классические постановки и не более того. Согласиться с Вашим утверждением, что с подачи Любимова Эфрос был затравлен труппой тоже не могу. Лишенный гражданства и всякой связи с Родиной, Любимов вряд ли мог хоть каким-нибудь способом влиять на мнение труппы о вновь назначенном главном режиссере, да и не до того ему было. Просто они были диаметрально противоположными в своем творчестве. Мне довелось посмотреть в Ленкоме "Жизнь господина де Мольера", это было здорово. Гениально или не совсем - сказать трудно, но то, что это было явлением - вне всякого сомнения. Но простите, там и драматург был гениальным, грех было бы испортить подобный авторский текст.
      Надеюсь, что хоть какие-то спектакли Любимова засняли, но даже если этого не сделали, имя этого режиссера навсегда войдет в историю нашего театрального искусства, как подлинного новатора, ведь мало кто кроме него позволял себе брать прозаические произведения больших и не очень авторов и превращать их в грандиозные спектакли. А уж что он вытворял со стихами, вроде бы никак не связанными единым замыслом, было нечто. Так что в этом вы не правы - Эфрос уйдет, а Любимов останется, но не как режиссер-диссидент, а как гениальный режиссер-новатор. Жаль, что нам не доведется проверить наши мнения и проверить, кто прав, а кто нет.
      Ваше обращение к Любимову в 1989 году было скорее всего не совсем ко времени: перед ним стояла тяжелейшая задача, прежде всего раздать долги по постановке множества спектаклей за рубежом, он же не предполагал, что все закончилось и можно начинать жизнь снова. Да и на родине масса дел: и старые спектакли восстановить, а ведь это не фильм, лежавший на полке: снял и включил проектор, с пьесой все иначе, да и новые идеи его распирали, а ведь возраст уже был критический. Другие на лавочку садятся, а этот метался и творил.
      Пока писал, зашел в "Озон" и заказал все Ваши имеющиеся там книги. Прочитаю, если не будете возражать и Вам это интересно, напишу свое мнение.

      Оценка статьи: 5