Юрий Москаленко Грандмастер

Дмитрий Покрасс: как судьба развела четырех братьев?

7 ноября 1899 года, в Киеве, в семье Якова Покрасса произошло радостное событие: супруга подарила ему мальчика, которого назвали Дмитрием. Это был третий сын: старшие дети — Самуил и Аркадий. Забегая вперед, можно сказать, что позже в семье родился еще один сын, оставивший заметный след в музыке — Даниил.

Впрочем, у продавца колбасного магазина Якова Покрасса не было столько денег для того, чтобы выучить всех четырех сыновей музыке. Поэтому он «поставил» на старшего сына. Самуил начал учиться играть на скрипке, а Дмитрию чаще всего доставалась роль слушателя, когда старший начинал свои занятия. Впрочем, это случалось не так уж часто — Дима практически не бывал дома, особенно, когда его попытались превратить в «няньку» для младшего — Даниила. Средний сын чаще всего сбегал из дому и бродил по киевским кварталам, порой забираясь туда, где его практически невозможно было найти.

Пропадал он обычно на весь день, так что кормиться ему чем-то надо было. А потому Дима рано научился тому, что никак не вязалось с образом еврейского мальчика из порядочной семьи. Например, лихо отбивать чечетку и исполнять куплеты, мягко говоря, фривольного содержания. Говорят, что с восьмилетнего возраста. А в 15 лет он вообще покинул отчий дом и отправился покорять столицу Российской империи — Петербург. Мальчишку с богатым «концертным прошлым» охотно приняли в консерваторию, хотя он и был практически самоучкой. Но не стоит забывать одного обстоятельства: к тому времени здесь же, по классу фортепиано, учился старший брат Самуил, один из самых ярких студентов.

В какой-то мере Дмитрия приняли на учебу «авансом», но вскоре он доказал, что учится здесь по праву: он явно выделялся на фоне «домашних» сокурсников — сочинял романсы и песни для артистов варьете. А музыкальная палитра у Дмитрия была очень богатая — в Киеве он зря времени не терял.

Февральская революция и Гражданская война изменили ход привычной жизни братьев. Они покинули столицу и вернулись в Киев. Летом 1919 года Дмитрий оказался в Харькове, на территории, занятой деникинцами. Существует версия, что 27 июня полковник А. В. Туркул заказал Дмитрию Покрассу написать песню на стихи П. Баторина «Марш Дроздовского полка». Причем сроки были даны очень краткие: 29 июня должен был состояться банкет, на котором обещался присутствовать главнокомандующий генерал Антон Деникин. Был ли Деникин или нет, история умалчивает. Но в основу мотива легла дальневосточная песня «По долинам, по загорьям». Удивительно, но чуть позже была создана одна из первых красноармейских песен — «По долинам и по взгорьям» на один и тот же мотив. Решили перебить «Марш дроздовского полка»?

Братья Покрассы: Даниил (слева) и Дмитрий (справа) Но еще более удивительным мне кажется тот факт, что, когда в 1935 году Дмитрий Покрасс писал песню «Комсомольская прощальная» на стихи Михаила Исаковского, он лишь слегка видоизменил ту же самую мелодию. Не верите? Проверьте. Попробуйте пропеть хотя бы первый куплет песни:

Дан приказ: ему — на запад,
Ей — в другую сторону…
Уходили комсомольцы
На гражданскую войну.

А вот слова «Марша Дроздовского полка»:

Из Румынии походом
Шел дроздовский славный полк,
Для спасения народа
Исполняя тяжкий долг.

И, наконец, «По долинам и по взгорьям»

По долинам и по взгорьям,
Шла дивизия вперед.
Чтобы сходу взять Приморье —
Белой армии оплот.

Не правда ли, тютелька в тютельку?!

Но повторюсь, что участие Покрасса в создании дроздовского марша — всего лишь версия. Документально подтверждено, что в том же 1919 году Дмитрий оказался в Ростове-на-Дону, который был занят войсками Семена Буденного в 1920 году. А сразу после освобождения города композитор написал ставший знаменитым «Марш Буденного» на слова Анатолия Адольфовича Д’Актиля (Френкеля), с которым они вместе работали еще в «белом» Ростове-на-Дону в эстрадном театре «Кривой Джимми». После чего Дмитрий Покрасс стал штатным композитором Первой Конной Армии.

Мы — красные кавалеристы,
И про нас
Былинники речистые
Ведут рассказ:
О том, как в ночи ясные,
О том, как в дни ненастные
Мы гордо,
Мы смело в бой идем.

Что не менее удивительно, примерно в то же самое время Самуил Покрасс написал свою песню на стихи П. Григорьева — «Красная Армия всех сильней». Достаточно вспомнить первые две строчки: «Белая Армия, черный барон снова готовят нам царский трон. Но от тайги до британских морей Красная Армия всех сильней!».

Самуил Покрасс из России уехал. Это стоило ему жизни... Но практически тут же судьба братьев круто изменилась. Дмитрий стал штатным буденовским композитором, а Самуил все шесть самых тяжелых лет, с 1917 по 1923 годы, если и покидал родной Киев, то на короткое время. Но в 1923 году он поддался на уговоры братьев Дмитрия и Даниила, которые к тому времени уже обосновались в Москве. Старший брат дебютировал в целом неплохо, написав песенку о мюзик-холле в только что открывшемся мюзик-холле «Аквариума». Песня превратилась в эмблему театра. Но заказов было не так уж много, к тому же Самуил не смог приспособиться к новой, очень бурной жизни, разочаровался в стране победившего социализма. В феврале 1924 года он отправился в Берлин. В советскую Россию решил не возвращаться…

Его решение не могло не отразиться на судьбе младших братьев. Они это прекрасно понимали, а потому старались стать очень полезными Советской власти. И уж во всяком случае держались вместе. Уже в 1926 году Даниил стал автором одного из популярных романсов. Ему пробиваться было несколько проще — «первый конный» композитор Дмитрий Покрасс в ту пору был главным дирижером и заведующим музыкальной частью московских театров «Палас» и «Эрмитаж». А в 1926 году был назначен главным дирижером и заведующим музыкальной частью Московского мюзик-холла.

Звездный час братьев пробил, как ни странно, в 1937 году, когда режиссер-кинодокументалист Михаил Слуцкий, работавший в ту пору на Московской студии кинохроники, задумал снимать фильм «Двадцатый май», посвященный первомайскому параду на Красной площади. Сначала он попросил известного поэта Василия Лебедева-Кумача написать стихи, а потом познакомил его с братьями Покрасс. Так появилась песня «Москва майская», начинающаяся со слов: «Утро красит нежным цветом стены древнего Кремля».

Примечательно, что в 30-е годы Дмитрий и Даниил создали еще ряд ставшими легендарными песни, одни только «Три танкиста» чего стоят!

Дмитрий Покрасс был очень импульсивным человеком, обладавшим бешеным темпераментом. Он никогда не мог спокойно усидеть за роялем, всегда играл стоя — приплясывая и притопывая. Еще до выхода фильма «Двадцатая весна» он неоднократно исполнял «Москву майскую» сам, а в то время поющий композитор был большой редкостью. А вот Даниил был полной ему противоположностью — очень уравновешенный…

Четвертый брат — Аркадий — не был композитором, но был дирижером оркестра Центрального парка культуры и отдыха. Это именно он в 1936 году привел к директору парка культуры малоизвестного в Москве певца Вадима Козина и предложил взять его вокалистом. Именно его Вадим Алексеевич считал своим «крестным отцом», давшим путевку в московскую «жизнь».

Как сложились судьбы братьев? Самуил, уезжая из Москвы, оставил братьям немало не исполнявшихся ранее мелодий, как подозревают некоторые искусствоведы, Дмитрий и Даниил использовали этот «клад» до конца жизни, заимствуя те или иные аранжировки. После Берлина он переехал в Париж, где пробыл около 2 лет. В 1929 году отправился за океан. Его здоровье было подорвано «тоской по Родине» — но он не собирался умирать, а тем более 15 сентября 1939 года, когда отправился поужинать в один из голливудских ресторанчиков. Пища оказалась отравленной — он скончался на месте. В преступлении обвинили русских эмигрантов. Те обвинения попытались отмести — во всем виновата рука советских чекистов.

Второй брат — Аркадий — был старше Дмитрия на год. Был аккомпаниатором, дирижером, музыку не писал. Возможно, именно поэтому его смерть осталась практически незамеченной, ее дату мне установить не удалось.

Даниил написал в соавторстве с братом несколько песен — одно из последних, что на слуху — «Казаки в Берлине» на слова Цезаря Солодаря с лихим припевом:

Казаки, казаки,
Едут, едут по Берлину
Наши казаки.

Судьба его была трагична. Даниил, высокий, стройный, любимец женщин, закрутил серьезный роман с танцовщицей Юлией Мельдер — вдовой сына Сталина — Якова, погибшего в немецком плену. Об этом доложили Сталину. Вождь очень разгневался, но почему-то не стал подвергать композитора аресту. Но и того давления, которое создали пресса, концертные и другие организации, младшему из братьев Покрасс вполне хватило. В 1954 году он умер от сердечного приступа за рулем собственного автомобиля.

Дмитрий Покрасс (в центре) с Тихоном Хренниковым (слева) Дмитрий же всех пережил. И хотя его тоже «прессовали» в конце 40-х — середине 50-х годов, но он вовремя сориентировался и на время покинул столицу, гастролируя по Дальнему Востоку и Сибири. Потом после смерти Сталина вернулся, написал ряд песен после смерти брата, но они не получили такой большой популярности, как, скажем «Москва майская».

В последние годы своей жизни Дмитрия Яковлевича одолевала болезнь Паркинсона, но несмотря на это Покрасс лишь десять месяцев не дотянул до своего 80-летия. Он скончался 20 декабря 1978 года и похоронен на Новодевичьем кладбище, рядом с Даниилом. А их песни по-прежнему живут!

Обновлено 10.11.2017
Статья размещена на сайте 5.11.2009

Комментарии (2):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: