Ляман Багирова Грандмастер

Куда же вы уходите, книги? Фарфоровый ангел в память о Бернсе

В конце декабря прошлого года судьба забросила меня в Минск. Я ехала туда с радостью. Там живет близкий и дорогой мне человек. Я люблю этот сдержанный город с трогательной чистотой улиц, ленивой рекой, величественным памятником Франциску Скорине перед зданием библиотеки и католическими костелами. Баку, несомненно, краше и ярче, но в Минске есть особая неброская красота. Спокойная, уравновешенная красота тишины и порядка.

ostill, Shutterstock

Судьба иногда делает неожиданные и приятные сюрпризы. Ну, кто мог знать, что в маленьком букинистическом магазине Троицкого предместья — исторической части Минска, меня ожидает удивительная встреча.

О, этот особый запах букинистических магазинов! Там часы замедляют свой ход и вечность глядит на тебя с пожелтевших страниц тяжелых фолиантов, с вытертых ступенек лесенки для верхних книжных полок, с маленького стенного зеркала в старинной раме.

Старик-продавец в потертом халате взглянул на меня исподлобья и сухо поинтересовался:

 — Могу я вам чем-нибудь помочь?

Я рассеянно гладила рукой потрескавшиеся корешки книг. Вдруг мне на ладонь буквально свалился маленький томик стихов Бернса. Я вздрогнула. Точно такой же был у нас дома, в тисненой обложке под гобелен. Гобеленовая обложка изображала кокетливую даму в пудреном парике и восторженного кавалера. Господи, сколько стихов я заучила из этой книги наизусть, сколько искренней радости и светлой улыбки подарили мне безыскусные строки маленького шотландца.

 — Нет, деточка, эта книга не продается, — прервал мои воспоминания скрипучий голос продавца. — Это моя книга.

 — Да я просто, — смутилась я. — У меня в детстве была такая. Я люблю его стихи.

 — О-о-о! — протянул старичок, как мне показалось с уважением. — Вы знаете Бернса? Тогда подождите секундочку.

Он вышел из-за стойки и медленно подошел ко мне.

 — Вы любите Бернса, — раздумчиво произнес он. — А что вы знаете о нем?

 — Ну… — протянула я. — Великий английский и шотландский поэт. Гордость Шотландии. Родился в 1759 году 25 января, умер в 37 лет, как считается, от пьянства в 1796 году. Писал баллады, стихотворения, поэмы, гимны. Стихи его были очень популярны в народе. Даже строфу знаменитую, «бёрнсову», близкую к народным песням изобрел.

 — Так, все так, — прервал меня старичок. — Вы кто по профессии?

 — Филолог.

 — Ну, я так и подумал. Язык отточенный, как по учебнику сыплете.

Я почувствовала легкий укол самолюбия.

 — Ну, я не знаю, что вас интересует.

 — Человек он был! — вдруг неожиданно тонким, даже визгливым голосом выкрикнул старичок. — Человек. И жизнь его была далеко не сахар, деточка. Вот вы говорите, умер от пьянства. Так когда пишешь сердцем, милая моя, от него мало что остается. Поневоле и рюмочку, и другую, и третью пропустишь. Но как писал!

И старичок, к моему изумлению, на чистейшем английском языке стал декламировать мне «My Heart’s In The Highlands» (В горах мое сердце).

В горах мое сердце… Доныне я там.
По следу оленя лечу по скалам.
Гоню я оленя, пугаю козу.
В горах мое сердце, а сам я внизу.

Прощай, моя родина! Север, прощай, —
Отечество славы и доблести край.
По белому свету судьбою гоним,
Навеки останусь я сыном твоим!

Да, более блестящей речи о жизни и творчестве Роберта Бернса мне не приходилось слышать никогда! Старичок сыпал фактами из биографии поэта, словно играл разноцветными лентами!

От него я узнала, что 25 января — национальный праздник в Шотландии, отмечаемый торжественным обедом (с традиционным порядком следования воспетых поэтом блюд (основное — сытный пудинг хаггис), вносимых под музыку шотландской волынки и предваряемых чтением соответствующих стихов Бёрнса. Что родился он в семье крестьянина, в страшной бедности, и с раннего детства был принужден работать наравне со взрослыми.

 — Пил!!! — восклицал старичок. — А как не пить, когда нечеловеческий физический труд в юности, врожденный ревмокардит, дифтерия, постоянная нужда, да так, что за 2 недели до смерти чуть было в долговую яму не угодил. Ну, правда, монахом не жил, что есть, то есть. Три незаконнорожденных дочери и 5 детей от брака с возлюбленной Джин Армор. А в день его похорон, 25 июля 1796, родился пятый его сын. Представляете, в день похорон отца! Великий человек был, действительно народный поэт. Сколько песен на его стихи сложено! В Англии — он, во Франции — Беранже, а в России — Есенин. Да вы посмотрите, посмотрите…

Кроме меня других посетителей в магазине не было. Увы… Книги везде постепенно оттесняются электронными носителями информации. У продавцов книг много свободного времени. К сожалению.

Старичок взял в руки книгу и открыл на заложенной странице. Острым стариковским ногтем в ней было отмечено:

«Возьмём Бёрнса. Не потому ли он велик, что старые песни его предков жили в устах народа, что ему пели их, так сказать, тогда ещё, когда он был в колыбели, что мальчиком он вырастал среди них и сроднился с высоким совершенством этих образцов, что он нашёл в них ту живую основу, опираясь на которую, мог пойти дальше? И ещё, не потому ли он велик, что его собственные песни тотчас же находили восприимчивые уши среди его народа, что они затем звучали ему навстречу из уст жнецов и вязальщиц снопов, что ими приветствовали его весёлые товарищи в кабачке? Тут уж и впрямь могло что-то получиться».

 — Это Гете о нем так сказал, — улыбнулся старичок. — Простите, утомил я вас. Только я много пожил на свете, вижу людей и знаю, что у вас душа чувствующая. Поэтому и обидно стало, что вы о Бернсе как горох по учебнику сыплете. Не надо так… А сколько песен на его стихи сложено! И никто, никто его лучше Маршака не переводил, чтобы там ни говорили. Главное ведь, дух, музыку стиха передать, а не слепо словам следовать… А знаете, ведь первую марку с портретом Бернса выпустили не в Англии, а в Советском Союзе. Да-да! Курьезный случай произошел тогда. Был такой член английского парламента Эмрис Хьюз, так вот он писал.

Старичок достал из папки пожелтевшую газетную вырезку и прочитал мне следующее:

«В 1959 году, — пишет Э. Хьюз, — мне довелось присутствовать в Москве на юбилейном вечере, посвященном 200-летию со дня рождения Роберта Бёрнса. Когда закончилась торжественная часть, ко мне подошел советский министр связи и вручил конверт с марками. На каждой из марок был портрет шотландского барда. Признаться, я испытал в эту минуту острое чувство стыда. Министр, разумеется, чувствовал вполне законную гордость: ещё бы, в России выпущены марки с портретом Бёрнса, а в Англии — нет! Я готов был сквозь землю провалиться, хотя моей вины в этом не было. Чтобы не страдать от сознания ущемленной национальной гордости в одиночку, я решил пристыдить тогдашнего премьер-министра Англии Гарольда Макмиллана, благо он тоже был в это время в Москве. На приеме в английском посольстве я вручил ему свой презент — две марки с портретом Бёрнса. С недоумением взглянув на них, Макмиллан опросил: «Что это?» «Русские марки, выпущенные в честь Бёрнса, — ответил я. — Можете наклеить их на конверт и отправить нашему министру почты письмо с уведомлением, что Россия обогнала Великобританию в этом деле».

Острый эпизод не прошел даром. Об этом убедительно свидетельствует странная дата выпуска первой английской марки с портретом Бёрнса. Она появилась в день… 207-летия со дня рождения поэта".

 — Вот так-то вот, милая. А вы: родился, умер, «бёрнсова строфа»… А небось, не знаете, что песня «В моей душе покоя нет» из фильма «Служебный роман» тоже на стихи Бернса?

 — Нет, — засмеялась я. — Это я как раз знаю.

Старичок вздохнул и вдруг глаза его увлажнились. Он произнес тихо:

В полях под снегом и дождем,
Мой милый друг, мой бедный друг,
Тебя укрыл бы я плащом
От зимних вьюг, от зимних вьюг.

И если мука суждена
Тебе судьбой, тебе судьбой,
Готов я скорбь твою до дна
Делить с тобой, делить с тобой.

И если б дали мне в удел
Весь шар земной, весь шар земной,
С каким бы счастьем я владел
Тобой одной, тобой одной.

Я замерла. Это было мое самое любимое стихотворение Бернса и романс Градского на эти стихи.

 — Вы посмотрите, какая широта души, — промолвил старичок. — «И если б дали мне в удел Весь шар земной/С каким бы счастьем я владел тобой одной» На это сердце нужно. И талант безмерный, чтобы это сердце выразить. Не каждый это может…

Он замолчал, потом посуровел и вдруг, так же сухо, как вначале, сказал:

 — Простите, утомил вас. Благодарю вас сердечно, что выслушали.

 — Нет, что вы! Мне было, правда, очень интересно.

 — Да?! — оживился он. — Ну, спасибо вам. Погодите. Нет, книгу не подарю, она моя, а вот это возьмите на память о Минске.

Он протянул мне небольшой перекидной календарь с видами вечернего Минска.

 — И еще. Возьмите вот это.

На ладони его был маленький портрет Бернса в овальной рамке из коричневой кожи и крохотный фарфоровый ангел со сложенными крылышками.

 — Это в память о сегодняшнем разговоре. Такие разговоры редкость в нынешнее время. Не читают сейчас, не знают, не хотят знать. Спасибо вам. И пусть этот ангелок хранит вас.

У меня сжалось горло. Я хотела что-то сказать, но старичок махнул рукой и прошел за стойку.

День был ясный, бесснежный, морозный. Я сжимала в руках фарфорового ангела, а в душе продолжало звучать:

И если б дали мне в удел
Весь шар земной, весь шар земной,
С каким бы счастьем я владел
Тобой одной, тобой одной.

Широта души, так же как умение любить, так же как культура духовная — вне времени.

Не потерять бы…

Статья размещена на сайте 23.01.2015

Комментарии (62):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Спасибо вам, Лидия, спасибо огромное! Да, это и мои любимые стихотворения Бернса. В детстве была пластинка "Приключения Робин Гуда" Все песни из нее (а они были на стихи Бернса) знала наизусть. Прошло около сорока лет, а я по памяти вчера все их напела дочке, и ни разу не сбилась и не перепутала строфы. Детская память - память волшебная!
    Спасибо вам!

    Оценка статьи: 5

  • Спасибо, Ляман, даже прослезилась. Я тоже замерла от стихотворения, которое вам нравится, похоже у нас с вами одинаковое умение чувствовать поэзию
    В полях под снегом и дождем,
    Мой милый друг, мой бедный друг,
    Тебя укрыл бы я плащом
    От зимних вьюг, от зимних вьюг.
    Да, как мы знаем мало о наших любимых поэтах, хотя стихи знаем и помним
    У женщин нрав порой лукав
    И прихотлив и прочее, -
    Но тот, в ком есть отвага, честь,
    Их верный раб и прочее.

    И прочее,
    И прочее,
    И все такое прочее.
    Одну из тех, кто лучше всех,
    Себе в подруги прочу я.

    На свете чту я красоту,
    Красавиц всех и прочее.
    От них отпасть,
    Презреть их власть -
    Позор, и грех, и прочее.

    Но есть одна. Она умна,
    Мила, добра и прочее.
    И чья вина, что мне она
    Куда милей, чем прочие!
    или это
    У которых есть, что есть, - те подчас не могут есть,
    А другие могут есть, да сидят без хлеба.
    или

    О скромный, маленький цветок,
    Твой час последний недалек.
    Сметет твой тонкий стебелек
    Мой тяжкий плуг.
    Перепахать я должен в срок
    Зеленый луг.

    "А у нас тут есть, что есть, да при этом есть, чем есть, -
    Значит, нам благодарить остается небо!"

    Да, я тоже не знала что песня "в моей душе покоя нет"- это Бернс Еще раз спасибо

    • Лидия Богданова, это Вам я обещал почитать Розенбаума? "Нет, не солгали предчувствия мне,//нет, не солга-али." (Л.Утёсов)
      Беда таких титулованных поэтов как И.Бродский и А.Розенбаум в том, что их упорно не цитируют, "не растаскивают на цитаты", хоть ты тресни. А рейтинг научных статей и поэтов определяется уровнем цитирования и ссылок.
      Почитал я первые 15 в списке. Зарифмованная проза в основном и натужность.

      Оценка статьи: 5

      • Сергей Дмитриев, я вам уже объясняла на эту тему. Есть поэзия для избранных, есть для народа. Пушкин это для народа. Кстати, почитайте Пушкина, у него рифма довольно простая без завитушек. А народные песни "Во поле береза стояла, во поле кудрявая стояла...лю ли лю ли стояла" Не изображайте из себя истинного ценителя поэзии, иногда в простоте можно уловить песню, звуки скрипки, вам, наверно, слон наступил на уши, вы не слышите музыку поэзии. А вот мы с Ляман слышим Кстати, о Цветаевой, думаете не читала. Да читала, читала не все нравится. Знаете что не нравится ее бесконечная тема размышления о смерти ее мрачная и печальная тема, вот умру я и как вы будете здесь без меня... Да, легко Радости жизни в ней нет одна тоска и печаль

        • Лидия Богданова, "Деточка, все мы немножко лошади," и что-НИть слегка из себя изображаем, вкл. Вас с Ляман. Пушкин, конечно, "сукин сын" и молодец, но Лермонтов очистил его язык от архаики и добился "речи точной и нагой"
          Вот Вам не нравится местами Цветаева и бог З Вами, а мне наоборот. И неизвестно, кто бОльший "ценитель поэзии".
          Мне больше нравятся изысканные рифмы, а не примитвно-затасканные. У Пушкина немало стихов и для литэлиты.

          Оценка статьи: 5

          • Сергей Дмитриев, отношение к поэзи, как мне кажется, это элемент распознавания самого человека, это о многом говорит, если человек простой без претензий на оригинальность, без выпендрежа, без какого-то намека на гениальность, то и стихи его такие. Так же и о людях их воспринимающих ну, любите вы такие стихи, значит и это тоже о вас говорит, это отображение вашего Я, вашего характера, вашего взгляда на жизнь, ну так мне кажется. Даже в простом можно увидеть сложное и великолепное, красивое и оригинальное, один, т.е поэт, написал, другой это увидел.Ведь Стихи идут от души и надо разглядеть эту душу. один одного понимает другой нет, так и здесь в поэзии. Ведь поэты - это просто люди, которые могут выразить стихами свои мысли, фантазии, наблюдения, делают они это не для рифмы, а для самовыражения, запечатлеть все, что они чувствуют в стихе и это надо понять. Пусть это будет простое изложение мысли или кучерявое с завитушками Сергей не будем спорить о вкусах, они у нас просто разные, а кто лучше здесь выяснять - это просто детский лепет. Мы такие какие есть, вот и всё

            • Лидия Богданова, ОК! Надо только, чтоб поэты были хорошие и разные, а не плохие и пресные. Нашлась же любительница поэзии, которой до того понравилось моё "Посвящение и подражание М.Цветаевой", что она попросила подтвердить моё авторство. Стихотвовение стоит написать, с шансами понравиться только одному читателю.

              Оценка статьи: 5

          • Сергей Дмитриев, А я люблю Цветаеву. Она настоящая.
            Люблю Пушкина. Это как душа с детства. Что-то незыблемое.
            А вот Лермонтова нет. Не могу сказать, что люблю. Кроме "Выхожу один я на дорогу", "Тучек", "Я знал: удар кровавый меня не обойдет", "Нет, не тебя так пылко я люблю".
            Эти люблю. И Героя

            Оценка статьи: 5

            • Ляман Багирова, "облитый горечью и злостью" ; "не бросивши векам ни мысли плодовитой, // ни гением начатого труда".
              Пушкин по прочтении таких строчек прыгал бы от восторга и повторял: "Вот так так, вот так так !" , как И.Репин о стихах ВМ.

              Оценка статьи: 5

              • Ляман Багирова Ляман Багирова Грандмастер 29 января 2015 в 17:49 отредактирован 29 января 2015 в 17:52

                Сергей Дмитриев, да и мне очень нравятся эти строки. И все же А.С. люблю больше. Светлый он. Правда, в жизни был еще тот ... мягко говоря, повеса. Но поэт!!!
                Кого ж любить? Кому же верить?
                Кто не изменит нам один?
                Кто все дела, все речи мерит
                Услужливо на наш аршин?
                Кто клеветы про нас не сеет?
                Кто нас заботливо лелеет?
                Кому порок наш не беда?
                Кто не наскучит никогда?
                Призрака суетный искатель,
                Трудов напрасно не губя,
                Любите самого себя,
                Достопочтенный мой читатель!
                Предмет достойный: ничего
                Любезней верно нет его.

                А Репин вообще был товарищ импульсивный. Пришел в такой восторг от стихов В.М., что решил писать его портрет. Особо его волосы В.М. вдохновляли. В.М., пакостник, на сеанс явился с голым черепом!!!
                Репин был в шоке, и без всякого удовольствия принялся за портрет. Потом бросил!

                Оценка статьи: 5

                • Ляман Багирова, "За то люблю я разгильдяев, // блаженных духом, как тюдень, // что нет меж ними негодяев // и делать пакости им лень." (И.Губерман)
                  Мне нраится это место из ЕО. Но на пакостника ВМ я не согласен - то былО виртуозное, возвышенное озорство, а ИЕР этого не понЯл, не принял шутки и осерчал.
                  Один художник оформил целую книжку, используя натуральный образ Е.Леонова, издал книгу и дрожал,что не оповестил об этом ЕЛ. На каком-то вечере он решился показать её ЕЛ. Тот был в восторге и спросил, где он может купить этот шарж на него. Бедный издатель тут же подписал дарственную книги артисту (источник -Сеть)

                  Оценка статьи: 5

                  • Сергей Дмитриев, чудесно! Мне очень понравилось четверостишие Губермана! Спасибо. Читала его, но на это не натыкалась еще!
                    И про Леонова замечательно. Вот как тут не вспомнить"Улыбайтесь чаще, господа, улыбайтесь!"
                    Спасибо вам.
                    А В.М., пакостник, етс! С волосами ему куда больше шло. Но, может, это у меня женский взгляд. Терпеть не могу лысых, честно! Если еще, облысел со временем, это нормально, а вот бритоголовых видеть не могу, не переношу.

                    Оценка статьи: 5

                    • Ляман Багирова, ОК! Не бУм рядиться терминами. В Сети я выловил аж 33 подобных изюминок ИГ. Предлагаю ещё одну:
                      "Пришёл я к горестному мнению //от наблюдений долгих лет://вся сволочь склонна к единению, // а все порядочные - нет."
                      Это ТЕ не И.Бродский или как его? Который лысый и с гитарой врач скорой помощи?

                      Оценка статьи: 5

                      • Сергей Дмитриев, Розенбаум.
                        Вполне возможно, Сергей. Вполне возможно, это те самые ТЕ.
                        Кстати, вчера поминали Бродского. Трудный поэт, не мой. Но очень люблю его Темзу в Челси, и еще вот это: "Приехать к морю в несезон"
                        Спасибо вам.

                        Оценка статьи: 5

        • Лидия Богданова, Лидия, спасибо вам. Цветаеву я люблю, и даже как-то написала о ней эссе,подкупает она силой страсти, настоящая она.Женщина. Яростная, импульсивная. Живая. И эта сила страсти в ней бушевала и клокотала. Не салонная она.Но вы правы, есть в ней тяготение к надрыву, такие люди, даже если все будет хорошо, найдут возможность порвать себе сердце, ибо "есть упоение в бою, и бездны мрачной на краю". А мрачная, есть такое, это правда, но и жизнь была не приведи Господи! Где-то читала, что ее и не арестовали именно потому, что думали, что свихнется сама. Дочь в тюрьме, муж - в тюрьме, сама мыкалась с сыном по чужим углам, полы мыла, посуду, а ночами переводила с подстрочников. А когда не выдержала, повесилась, сын ее, любимый Мур, как она его называла, сказал о ней: Марина Ивановна правильно сделала. У нее не было другого выхода". Вот так. Спасибо вам, Лидия.

          Оценка статьи: 5

          • Ляман Багирова, согласна в вашем описании Цветаевой, но несмотря на эту силу страсти она слабая оказалась, уход из жизни, это признание своей слабости или это уже болезнь, которая возникла в результате таких страстей и эмоций, этих надрывов, поэтому, конечно, я ее не осуждаю, жизнь может и сломать, если вовремя не взять себя в руки Вы меня правильно поняли, спасибо.

            • Лидия Богданова,это вам спасибо большое. Вот что вспомнилось. Когда-то я читала книгу "Доднесь тяготеет" об узницах сталинских лагерей. Там мне запомнился эпизод об одной старушке. Ее поместили в камеру вместе с дочерью. Нужна была, конечно, больше дочь, но мать взяли заодно, чтобы помучить побольше морально.Дочь истязали, мать не трогали, но всякий раз, у нее сердце замирало, когда дочь буквально вталкивали обессиленную в камеру. А старушка была очень набожная, все время молилась, и конечно, грех самоубийства для нее был неприемлем.Она и дочь как могла поддерживала своими молитвами. Но однажды, твердо сказала: если будет очень трудно, я - мать, разрешаю наложить на себя руки. Грех твой перед Богом возьму на себя.
              Этот эпизод потряс меня. Ох, Лидия, не знаю, иногда кажется, что самоубийство - это страшный грех, это малодушие, а иногда, особенно, когда читаешь вот такие эпизоды... Не знаю...
              Пусть Бог простит и рассудит. А это всего лишь люди, им тяжело...
              Спасибо вам.

              Оценка статьи: 5

  • Игорь Ткачев Игорь Ткачев Грандмастер 27 января 2015 в 10:03 отредактирован 27 января 2015 в 10:04

    В сравнении с Москвой Минск довольно "удобоварим". Для приезжего.
    А узнать его с изнанки, с его, в худшем смысле, совковой ретушью, и вовсе возненавидеть-)

    Бернса, как и Шекспира, нам преподали замечательные русские (советские) переводчики, когда от переводчика и его мастерства - много, а от самого автора - мало.
    В оригинале они часто, даже для тех, кому их язык как родной, далеко не так прекрасны.

    Но, спасибо за стихи, приведенные здесь, а также за ностальгическую элегию в виде статьи-)

    • Игорь Ткачев, спасибо вам Игорь. Конечно, мы больше знаем Самуила Яковлевича, чем Бернса. Больше Гелескула и Цветаеву, чем Лорку. Но есть магия стиха, она завораживает, как женщина с длинными темными ресницами-опахалами более чарует, чем с короткими и редкими. Тогда уже не хочешь думать об оригинале и переводе, а хочешь пить из этого поэтического источника и наслаждаться.
      Спасибо вам.

      Оценка статьи: 5

      • Игорь Ткачев Игорь Ткачев Грандмастер 27 января 2015 в 12:32 отредактирован 27 января 2015 в 12:58

        Ляман Багирова, поэтому я и говорю: "А при чем здесь Бернс"-)

        Часто эти поэты больше известны и любимы у нас, чем у себя на родине. Снова, по причине их замечательных переводов, и некоторого "советского маркетинга", который имел место в те, уже далекие времена-)

  • Прочтение превзошло ожидания: в Вас воскрес сам Андроников.
    Я уже вспоминал "Пробираясь до калитки //полем вдоль межи, //Дженни вымокла до нитки // вечером во ржи."

    Оценка статьи: 5

  • И еще вспоминается антиутопия Олдоса Хаксли "И после многих весен"Мы стремились к коммунизму,а сейчас у нас процветает общество потребления!Мы забыли свою духовную составляющую!

  • Как грустно все это!Когда люди перестают читать-они перестают мыслить!Неужели мы все превратимся в это самое стадо баранов,которое ничего не читает,и ничего не хочет знать!

    • Максим Левин, Не превратимся, Максим, если сами воспрепятствуем этому. И еще, это, пожалуй, главное. Если нас не будут искусственно к этому толкать.В биографии Авиценны (читала ее в детстве)есть поразительный факт.Когда молодой ученый Авиценна увидел как горит знаменитая Саманидская библиотека в Бухаре, он от отчаяния рвал на себе волосы, бросался в огонь, но его уже невозможно было потушить. Видя, как он страдает(а молодого ученого хорошо знали в городе), кто-то из проходящих мимо, бросил фразу: "А, что, уважаемый Ибн-Сина, хорошо горит! Ты же выпил чашу, находящейся в ней мудрости, так что же ты страдаешь? Я бы на твоем месте своими руками сжег, чтобы не дать людям быть умнее себя" Вот что страшно, Максим. Это действительно, очень страшно.

      Оценка статьи: 5