Сергей Курий Грандмастер

Где лежат истоки сюжета о Красавице и Чудовище?

О чём сказка «Красавица и Чудовище»? О верности данному обещанию? О самопожертвовании во имя близкого человека? Об умении прозреть истинную сущность сквозь отвратительную оболочку? О преображающей силе любви, способной превратить зверя в прекрасного принца? О жалости и сострадании, способных претвориться в любовь (как в шекспировском «Отелло» — «Она его за муки полюбила…»)? О торжестве духовного над тварным? Или о нежеланном суженном, которого всё-таки можно полюбить?

Иллюстрация к сказке «Красавица и Чудовище». Warwick Goble commons.wikimedia.org

Для девушек, которых много веков подряд выдавали замуж не по их воле, последняя тема была самой, что ни на есть, актуальной… Думаю, каждая эпоха и каждый читатель найдёт в «Красавице и Чудовище» что-то своё. Возможно, поэтому данный сюжет — один из самых неувядающих. Он издавна существовал в бессчётных количествах вариаций и продолжает развиваться и трансформироваться.

Его отголоски можно найти в «Соборе Парижской Богоматери» В. Гюго, «Призраке Оперы» Г. Леру и даже в «Анжелике» или «Кинг-Конге». Бывают и совершенно неожиданные трактовки, как в том же м-ф «Шрек», где любовная гармония наступает не в результате превращения монстра в красавца, а в результате превращения красавицы в… такого же монстра.

Мотивы «Красавицы и Чудовища» можно встретить задолго до появления классических версий сказки. Например, в книге древнеримского писателя Апулея «Метаморфозы, или Золотой осёл», написанной ещё во II веке. Кроме забавных (а нередко — скабрезных) приключений главного героя, обращённого в осла, здесь можно прочесть красивую историю любви Амура и Психеи.

Случилось так, что дочь царя — смертная девушка Психея — была столь красива, что вызвала ревность самой богини Венеры. И тогда Венера приказала своему сыну Амуру заставить Психею влюбиться «в такое убожество, что во всём мире не нашлось бы более жалкого». Надо сказать, что, несмотря на красоту, Психею никто не осмеливался брать замуж, поэтому её отец решил, что на ней лежит какое-то проклятие небес и обратился за советом к оракулу. В ответ он услышал, что смертного зятя ему не видать. А чтобы не гневить богов, девушку нужно оставить на краю обрыва, где её заберёт некое ужасное крылатое существо.

Будет он дик и жесток, словно ужасный дракон.
Он на крылах облетает эфир и всех утомляет,
Раны наносит он всем, пламенем жгучим палит.
Даже Юпитер трепещет пред ним и боги боятся.
Стиксу внушает он страх, мрачной подземной реке.

Так оно и происходит. Неведомый жених подхватывает Психею и уносит её в свой прекрасный дворец. При этом каков облик её суженого, девушка не знает — хозяин дворца невидим, хотя слышим и осязаем. Он навещает Психею только по ночам, и, как пишет Апулей, «новизна от частой привычки приобретает для нее приятность, и звук неизвестного голоса служит ей утешением в одиночестве». При этом муж Психеи просит ни в коем случае не пытаться раскрыть его секрет.

В итоге он даже разрешает девушке встретиться с сёстрами. А те, испытывая зависть к богатой жизни Психеи, подговаривают её избавиться от «ужасного мужа», а конкретно — зарезать его во сне бритвой. Перед тем как нанести смертельный удар, Психея зажигает ночью лампу и тут вместо ужасного чудища обнаруживает подле себя… спящего Амура. Оказывается, увидев красоту Психеи, Амур нарушил обещание, данное матери, и сам взял девушку в жёны («…знаменитый стрелок, я сам себя ранил своим же оружием»). Пока Психея любовалась обликом своего мужа, воск со свечи капнул тому на плечо. Амур проснулся и горестно воскликнул, что теперь, когда тайна раскрыта, ему придётся покинуть возлюбленную, чтобы не навлечь гнев Венеры.

Психея отправляется на поиски Амура. Видя такую настойчивость, Венера делает девушку своей служанкой и заставляет заниматься грязной работой — в надежде испортить её внешность. Однако, несмотря ни на что, возлюбленные в итоге воссоединяются. Ведь теперь Амур любит не внешнюю красоту Психеи, а её душу (собственно, имя девушки и происходит от греческого слова psyche, что значит «душа»).

Как видите, хотя герой данной истории изначально не является монстром, в ней можно найти немало мотивов будущей сказки о Красавице и Чудовище. Это и нежеланный (поначалу) жених, и чудесный дворец с невидимыми слугами, и злые сёстры… Кстати, в 1778 году историю Амура и Психеи перескажет русский поэт Ипполит Фёдорович Богданович в своей поэме «Душенька».

Тема же прекрасной девушки и жениха в зверином обличье стала особенно активно разрабатываться на исходе Средневековья. Например, итальянский писатель Страпарола в книге «Приятные ночи» (1553) рассказывает сказку о принце-поросёнке. Интересно, что заклятие звериного облика на ребёнка наложили… добрые феи. Мол, именно так он найдёт девушку, которая по-настоящему полюбит его и будет верна. После чего он, конечно, обратится в человека.

В 1746 году другой итальянец — Карло Гоцци — пишет «трагикомическую сказку в пяти действиях» под названием «Синее чудовище». По её сюжету, заколдованный в чудовище Дзелу может освободиться от мерзкого облика лишь подвергнув жестокому испытанию влюблённую пару. Он превращает в такое же синее чудовище Таэра — возлюбленного грузинской принцессы Дардане. Если до определённого срока преображённый Таэр не заставит Дардане снова в себя влюбиться, то он умрёт (при этом открывать ей своё имя он также не может). В самую последнюю минуту Таэру это удаётся и заклятие спадает как с него, так и с настоящего Синего чудовища.

Д, а р д, а н е

…От ужаса не содрогаюсь больше,
Твой страшный лик не ненавистен мне.
Смягчилось сердце… Я сама не знаю,
Что чувствую… смятение… надежду…
Я не могла души твоей прекрасной
Не полюбить!.. и родилась любовь
Из благодарности, из состраданья…

Можно вспомнить и сказку Ш. Перро «Рикке-с-хохолком» (1697), где уродливый (но умный) жених и красивая (но беспросветно глупая) невеста, благодаря любви, как бы обмениваются своими достоинствами.

Намного ближе к известному нам сюжету стоит сказка «Золотая ветвь» (1698) француженки Мари-Катрин Д’Онуа. Правда, вместо традиционного цветка Красавица просит отца привести ей золотую веточку, роль Чудища здесь играет медведь, а условия содержания пленницы не столь комфортны — вместо дворца она живёт в пещере. Свой вариант этой сказки — «Ореховая ветвь» — выпустит в 1872 году Л. Н. Толстой.

Разумеется, похожие мотивы регулярно встречаются и в народном фольклоре. Это и «Поющий и прыгающий львиный жаворонок» из сборника братьев Гримм (здесь героиня просит привезти ей жаворонка, а чудовищем выступает лев), и «Перышко Финиста ясна сокола» из сборника А. Афанасьева (женихом героини выступает сокол).

Почему в сюжетах красотой обладает именно девушка, а мужчина выступает в роли чудовища или зверя, на первый взгляд, понятно, если вспомнить поговорку о том, что «мужчина должен быть чуть-чуть красивее обезьяны». Однако фольклор знает и полностью «зеркальные» сюжеты, где уродливой выступает именно женщина. Например, в сказке «Отвратительная леди» героиня просит поцеловать её, а осмелившийся это сделать разрушает заклятье и получает в награду писаную красавицу (собственно, и «Царевна-лягушка» тоже приблизительно об этом).

В общем, сказок, похожих на «Красавицу и Чудовище», существует великое множество. Однако авторство канонических версий принадлежит двум французским мадам — де Вильнев и де Бомон. О них — в следующей статье.

Обновлено 7.08.2018
Статья размещена на сайте 16.11.2015

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: