Сергей Курий Грандмастер

История галстука - 2. Какие галстуки появились в XIX веке?

В XIX веке мужской костюм стал упрощаться, а концы воротника рубашки — отворачиваться вниз. Вязать из шейного платка громоздкие «хомуты» стало неудобно и неактуально.

Галстук-бабочка на Марлен Дитрих в 1930-х и Алле Пугачёвой в 1980-х. кадр из к-ф "Марокко"; франмент обложки диска "Крысолов"., commons.wikimedia.org

Франсуа Шай «Книга галстуков»:
«Всё больше людей, вынужденных носить шейные платки, поняли, что в отличие от денди…, они не могут позволить себе каждое утро тратить столь продолжительное время на их завязывание. Работающие люди нуждались в таком шейном украшении, которое было бы удобно надеть, комфортно носить и которое обладало бы достаточной прочностью, чтобы выдержать нагрузки рабочего дня».

Впрочем, это совсем не сказалось на разнообразии галстуков. Более того — из-за строгих и однообразных мужских костюмов роль этого аксессуара как проявления индивидуального вкуса возросла. Журнал «Tailor and Cutter» в 1895 году прямо писал, что галстуки — это «спасение от монотонности и скуки».

В 1820−30-е годы начинают выходить целые книги, посвящённые тому, как завязать галстук. Выпускались даже иронические советы, вроде такого: «Математический» узел должен сочетать регулярность и симметрию — исключаются малейшие складки. Чтобы иметь правильную геометрическую форму, концы должны проверяться с помощью компаса".

О. Уайльд «Женщина не стоящая внимания» (1893):
«Л о р д И л л и н г в о р т. Люди нынче стали до того поверхностны, что не понимают даже философии внешности. Кстати, Джеральд, вам надо научиться завязывать галстук. Для бутоньерки в петлице довольно и чувства. А для галстука самое главное — стиль. Хорошо завязанный галстук — это первый важный шаг в жизни».

Оноре де Бальзак «Искусство ношения галстука» (1827):
«Хорошо подобранный галстук, подобно изысканным духам, окрашивает весь костюм; он играет такую же роль для костюма, как трюфели для обеда… Глядя на галстук, можно судить о том, кто его носит, и, чтобы узнать человека, достаточно бросить взгляд на ту его часть, которая находится между головой и грудной клеткой».

Для примера возьмём хотя бы галстук «а-ля Байрон», который стал символом романтиков. Во-первых, английский поэт его не крахмалил. Во-вторых, узел был повязан с показной небрежностью. Если старые шейные платки сначала прикладывали спереди шеи, а потом обматывались и завязывались, то Байрон поступал, как и мы — накидывал ленту сзади, а спереди завязывал свободный узел, практически открывающий шею.

Вот что писалось по этому поводу в «Учебнике о галстуках» 1828 г.: «…мы не увидим в способе завязывания галстука славным поэтом ни красивости, ни аккуратности, как это приписывается модой. Самое малейшее сдавливание тела почти всегда „связывает дух“».

Уходит в прошлое и обязательная белоснежность галстука. Одними из первых тёмные галстуки надели французские революционеры в конце XVIII века, чтобы противопоставить себя аристократии. Конечно, этому следовали далеко не все — например, Робеспьер до конца жизни носил как белый галстук, так и старомодный парик. А вот английский король Георг IV, напротив, в начале XIX века ввёл моду на чёрный бархатный галстук среди аристократии. Газеты писали: «Георг IV везде установил непроглядный галстук, а белый галстук изгнан из общества…».

Другая знаменитость эпохи — Вальтер Скотт — дал своё имя клетчатому галстуку из шотландки.

Со временем галстуки всё меньше напоминают шейные платки и приобретают знакомую нам свисающую форму. Так как подобные галстуки изготавливали из жёсткой ткани, узел не завязывался, а, скорее, складывался. При этом он всё время норовил развязаться или съехать в сторону. Здесь помогала галстучная булавка, которая к тому времени превратилась в настоящее произведение искусства (она часто делалась из золота или серебра и украшалась драгоценными камнями).

Концы галстука свободно свисали и должны были доставать концами до жилета. Подробнее об этом пишет «Справочник по английскому костюму 19 века»: «Оба конца одинаковые по длине срезаны под правильным углом, образовывают линию, свисая друг над другом. В законченном виде узел по горизонту являлся границей между верхом и низом костюма».

Уже во второй половине XIX века сформировались те виды галстуков и узлов, которыми мы пользуемся по сей день: аскот, «Four-in-Hand», виндзор, регат и бабочка.

Своё имя галстук «аскот» позаимствовал у традиционных королевских скачек, которые проходили в английской деревушке Эскот. Он имел небольшую длину, широкие концы и крепился на корсажную ленту. Концы аскота перекрещивали, образуя широкий узел, фиксировали узел булавкой и прятали под жакет или френч.

Во Франции похожий галстук называли «пластрон» (словечко «plastron» означало нижнюю часть черепашьего панциря, а также нагрудник, защищающий фехтовальщика). Первоначально его концы раскладывали на груди и крепили прямо к рубашке с помощью дюжины булавок.

Подобный широкий (но недлинный) галстук, закрывающий грудь, сегодня носят редко. Зато он до сих пор остаётся популярным атрибутом костюма жениха на западных свадьбах.

Узел «Four-in-Hand» («четыре-в-руке»), как и аскот, обязан своим названием скачкам. Одни утверждают, что он произошёл от узла, которым перевязывали поводья, другие — что в такой узел завязывали галстук наездники, третьи отдают пальму первенства фанатам скачек из клуба «Four-in-Hand». Этот узел вязался на узкой стороне галстука и был треугольной, слегка асимметричной, формы. Впоследствии «Four-in-Hand» стал самым популярный узлом в мире галстуков.

Другой треугольный узел — «Виндзор» — в отличие от предыдущего, был более симметричным и широким. Обычно он носится с очень длинными однотонными галстуками, пошитыми из очень плотной ткани. Своё имя узел получил благодаря английскому королю Эдуарду VIII (до коронации — герцогу Виндзорскому), хотя исследователи считают, что его изобрёл ещё его отец — Георг V.

Кстати, существует и «полу-виндзорский» узел, который по размеру меньше «виндзорского, но больше «Four-in-Hand».

Ещё одна разновидность галстука — «регат» — появилась на свет благодаря банальной человеческой лени. По легенде, во время парусной регаты одному яхтсмену надоело постоянно завязывать и развязывать галстук. Поэтому он взял и просто разрезал его сзади, а на концы пришил петельку и пуговичку.

Что касается галстука-бабочки, то его подобие — «лавальер» — появилось ещё во времена Людовика XIV. Бабочку напоминал и популярный в середине XIX века галстук с острыми накрахмаленными концами, торчащими в разные стороны (шутили, что он может выколоть соседу глаз).

Однако свой канонический вид (лента особой формы, завязанная в две симметричные петли) «бабочка» приобрела в 1904 году. На премьере оперы Пуччини «Мадам Баттерфляй» («баттерфляй» — как известно, по-английски «бабочка») весь оркестр обрядили в этот изящный галстук.

Интересно, что «бабочка» стала характерной деталью двух противоположных прослоек населения — аристократии и обслуги (вроде метрдотелей, официантов и работников казино). Также она — неотъемлемый элемент фрака (здесь «бабочка» должна быть белой) и смокинга (здесь она чёрная).

Неудивительно, что этот вид галстука стал популярен в респектабельной среде (где она выражает приверженность к традиционным канонам). Посмотрите на академических музыкантов, певца Фрэнка Синатру, премьер-министра Уинстона Черчиля… Даже кролику «Плэйбоя», и тому пририсовали «бабочку» (мол, несмотря ни на что, мы издание не бульварное, а серьёзное).

Конечно, всегда велико искушение вспомнить детство мальчика-зайчика и повесить на шею готовый бантик на резиночке. Но истинный джентльмен должен повязывать бабочку сам (что там денди Брамелл говорил об индивидуальности узла?).

В 1930-е годы этот мужской галстук (вместе со смокингом) надевает Марлен Дитрих в к-ф «Марокко» и тем самым вводит его в женский гардероб. Особенно часто «бабочка» стала появляться на женских блузках в 1980-е годы.

Но о судьбе галстуков в XX веке мы подробнее поговорим в следующей статье.

Обновлено 1.03.2016
Статья размещена на сайте 18.02.2016

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: