Юрий Москаленко Грандмастер

За что Раскольников убил Ваню Бровкина?

20 июня — день памяти великого актера Леонида Владимировича Харитонова. Возможно, нынешнее поколение людей, которые родились уже после распада СССР, так сразу и не вспомнят по фамилии этого человека. Но о солдате Иване Бровкине они, все же, наверное, наслышаны.

Леонид родился 19 мая 1930 года в городе на Неве. Семья была «боевая» — родной дядя Леонида на фронтах Первой мировой войны заслужил два Георгиевских креста, за что потом и поплатился: в 30-е годы по доносу был арестован, сослан в сталинские лагеря и там погиб.

А вот отцу повоевать так и не довелось — в годы Великой Отечественной войны он остался в осажденном Ленинграде, был эвакуирован вместе с сыном. Чудом они не погибли от истощения: однажды они приняли кусочки мыла за хлеб и принялись грызть эти бруски. Но подорванные голодом организмы выдержали эту «мыльную» атаку. Правда, на всю жизнь, как память о блокаде, у Леонида Харитонова осталась язва. Но кто из многочисленных почитателей яркого таланта актера догадывались об этом?

Сцена — дом родной

Артистическое дарование у Лени проявилось относительно рано: он охотно играл в школьных спектаклях, пел в хоре, на каждом концерте художественной самодеятельности старался «обозначиться» на сцене. И к моменту окончания школы был вполне готов поступать в театральный институт. Но перед тем как сдавать в вуз документы, он вдруг почувствовал неуверенность в своих силах, испугался, что на фоне других будет смотреться не очень хорошо, застеснялся. И к удивлению многих, даже не решился поступать в театральный. И зря — уровень знаний позволил Леониду с первой попытки стать студентом юридического факультета Ленинградского государственного университета.

Как бы ни было тяжело первокурснику Харитонову грызть гранит науки в студенческой аудитории, все свободное время он старался проводить в университетском самодеятельном театре. И даже получил роль Бобчинского в спектакле «Ревизор». Игра будущего актера очень понравилась зрителям. Возможно, именно тогда Харитонов и решил посвятить жизнь служению Мельпомене.

А тут еще и дар судьбы — в Ленинград приехал с гастролями прославленный МХАТ. И «забросил невод», приглашая в свою школу-студию молодые дарования. Не сказав ничего в семье, Леня тайком отправился на собеседование. Прошел первый тур, второй, а на третий нужно было ехать в Москву. Здесь все и открылось: скрипя сердце парня отпустили в столицу, в глубине души надеясь, что будет полнейший «пролет» — мало ли в Советском Союзе талантов. И при получении телеграммы с одним только словом: «Принят» так сразу и не определились, как относиться к свершившемуся факту: радоваться или огорчаться…

То, что у Харитонова дар — открылось практически сразу. При таком «ангельском» лице он умудрялся так ловко изображать недотепу, что уже сам этот разрыв во внешности и поступках вызывал интерес. От правильного Лени ждали правильных же поступков, а он падал, поднимался, снова падал. А зрители гадали: когда же количество набитых «шишек» превратится в качество, и экранный Харитонов перестанет допускать житейские «ляпы». И название одного из первых фильмов, в которых ярко засветился Леня — «Улица полна неожиданностей» вполне конкретно относилось и к нему: Харитонов тоже был полон неожиданностей.

Гагарин и Харитонов: близнецы-братья?

Считается, что Леонид стал узнаваем после фильм «Солдат Иван Бровкин». Это немножечко не так: юному поколению советских детей он запомнился еще и по фильмам «Васек Трубачев и его товарищи» и «Отряд Трубачева сражается». Первый фильм был снят в 1955 году и выпущен за несколько месяцев до «Бровкина». А второй как бы предопределил «Ивана Бровкина на целине». Так что у каждого послевоенного поколения был свой Харитонов…

Это были еще догагаринские времена. Харитонова уже и тогда готовы были носить на руках, его выступления в городах и поселках вызывали настоящее светопреставление. Однажды благодарные зрители подняли на руки машину, в которой сидел актер, и отнесли ее к гостинице. И Гагарина в какой-то степени полюбили из-за того, что он был в чем-то похож на их любимца «Бровкина» — такой же белобрысый и с подкупающей улыбкой.

Актер на плацу. Бывало и такое…

А еще большее уважение вызывали рассказы о Харитонове. Прежде чем исполнить ту или иную роль, он пытался вжиться в образ как можно «плотнее», коль играл солдата, сам не хуже всякого новобранца часами вышагивал по плацу, и сельскохозяйственную технику, например, трактор и комбайн, освоил безо всякого дублера. Вот почему Харитонову безоглядно верили: «инородным телом» в милицейской или солдатской гимнастерке он себя не чувствовал.

Полюбили Леонида Владимировича еще и за то, что песни в «Бровкине» он исполнял сам, без «перепева» певцами. Кстати, во время съемок фильма его создатели обратились к знаменитому Сергею Яковлевичу Лемешеву с просьбой исполнить песни. Но легендарный тенор отказался, мол, сельский паренек Ваня Бровкин вряд ли учился в консерватории. Именно Лемешев предложил режиссеру такой вариант: пусть песни поет сам актер. Вот где пригодился Харитонову опыт художественной самодеятельности.

А когда фильм вышел на экраны, Лемешев часто вспоминал эту историю. И улыбался: «Я же говорил! А если бы вы не послушались, к герою было бы совсем другое отношение!» С другой стороны, и за примерами ходить далеко не надо было, достаточно вспомнить Марка Бернеса в фильме «Два бойца». Харитонов со своими песнями смотрелся вполне естественно.

Вот только в личной жизни Леониду Владимировичу не очень-то везло. Он был влюбчив, очень быстро загорался, но так же быстро и остывал. А с какого-то времени его начал мучить комплекс: мол, девушки любят не Леонида Харитонова, а его славу, его образы, созданные в кино. Это очень мешало, давило, вызывало стрессовые ситуации, которые он любил снимать за рюмашкой со «старой гвардией» — Борисом Ливановым, Алексеем Грибовым, Владимиром Белокуровым. Последний, известный по культовому фильму «Валерий Чкалов», мог вполне сетовать на превратности судьбы, ведь после роли Чкалова появлялся на экране только в эпизодах. Но Леню очень любил, хотя и был старше его на 27 лет, относился к нему по-отцовски.

Говорят, Харитонова убил раскол во МХАТе. Это верно лишь отчасти. Просто не нашлось для него толкового сценариста и не менее талантливого режиссера. Не умеем мы ценить свои таланты, оттого они так рано и уходят из жизни. В чем-то судьба Харитонова похожа с судьбою Александра Демьяненко — под «Шурика» без Гайдая хорошего сценария так и не нашлось…

А раскол во МХАТе летом 1987 года — это просто последняя капля терпения. Конечно, не мог Харитонов пережить того, что театр, в котором он прослужил с перерывами более 30 лет, рубят по-живому. Раскольникова с топором Леонид Владимирович просто не выдержал…

Талантам надо помогать!

Мне вспомнился один эпизод из современной жизни. В нашем «анклавном» городе Советске, в «Тильзит-театре» некоторое время работал интересный режиссер Евгений Марчелли. Как он раздражал местных чиновников! Тем, что постоянно что-то выбивал для своих артистов: хоть трешку, хоть пятак. Один из чиновников пожаловался: «Все говорят, он талант, а мне он запомнится как человек, постоянно что-то просящий». На что я заметил: «Но в истории Советска останется именно Марчелли, а не вы! У вас есть шанс „зацепиться“ за историю с его помощью. А вот как вы этим шансом воспользуетесь…»

Леонида Харитонова не стало 20 июня 1987 года — второй инсульт поставил точку на судьбе великого актера. Он умер относительно молодым. Таким, каким запомнился нам в своих лучших фильмах…

Обновлено 18.06.2008
Статья размещена на сайте 18.06.2008

Комментарии (2):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: