Борис Рохленко Грандмастер

Корнелис Трост: художник или актер?

Корнелис Трост (Cornelis Troost, 1697, Амстердам — 7 марта 1750, там же) — нидерландский художник времён золотого века голландской живописи. Жил и работал в Амстердаме. Первоначально хотел стать актёром и учился этой профессии, женился на актрисе. В 1723 году он покинул сцену. Тем не менее, уже как художник, Трост продолжал интересоваться театром и имел в театральной среде многочисленные связи.

Корнелис Трост, Посол Лабберлоттена, фрагмент «Лицо посла, трубачи, свита»

Писал и жанровые сценки, и портреты (индивидуальные и групповые). Есть у него и картины, изображающие недетские проказы, и откровенно фантастические.

К последним относится картина «Дом на канале в Амстердаме». Возможно, художник изобразил свое представление о домашнем уюте: высокий дом, садик с античной статуей в гроте древнеримского стиля, много цветов, ребенок, мать с каким-то занятием. И сам художник на лестнице занимается уходом за растениями.

Прямая противоположность этой идиллии — сцена на входе в гостиницу «У козла» (козел изображен на рекламной вывеске). В одном из романов того времени есть эпизод, в котором якобы участвовал художник. Несколько студентов были должны хозяйке гостинице. Вероятно, она была не слишком нежна с ними, и они решили подшутить над ней: пригласили ее на ужин в честь посла государства Лабберлоттен (Labberlotten).

В окне первого этажа голая задница с нарисованной на ней рожей «представлена» толпе внизу, об этом возвещают одетые в военную форму трубачи в окнах.

Студенты выбрали из своих кого-то потолще (может быть, даже студентку или актрису), нарисовали на попке брови, глаза, нос, губы и выставили все это в окно под крик глашатая: «Виват послу Лабберлотта! Виват!» Участники розыгрыша оделись под дипломатов (или иностранцев), изображающих свиту, двоих покрасили как негров, дали им по горну.

Судя по всему, хозяйка гостиницы — в центре, в белом платье. Именно для нее и разыгрывается представление.

Естественно, шутка была принята толпой, но не всем она пришлась по душе: одетая в черное пара сидит под окном, на их лицах и в их позах — решительное неодобрение. Это местные обыватели, посетители буфета в гостинице: она очень благочестива (в руках катехизис), он любит пиво (в руке бокал, рядом валяется пустая бутылка).

Судя по лицу хозяйки, ей это представление не понравилось, на нем читается мысль: «Ну, вы у меня еще попрыгаете!»

История может быть и выдуманная, но гостиница такая существовала долгое время под разными именами, а здание, вероятно, живет до сих пор. Этот эпизод, запечатленный на полотне, впоследствии стал известен благодаря гравюрам.

Когда смотришь на полотна Троста, создается впечатление, что он продолжает играть в театре. Его картины — и правдивые, и гротескные, и похожи на чистую выдумку, то есть как бы сыгранные. Одна из таких — «Шумная гулянка». Возможно, это сцена из спектакля, может быть — зарисовка с актеров после спектакля: в ней показаны совершенно несочетаемые вещи. Слишком неправдоподобно выглядят пьяные персонажи, одетые с претензиями на высшие слои общества, в почти королевском интерьере с высокими расписными потолками, громадными дверями, античной вазой в углу и классическим бюстом в гроте.

Роскошный зал — и накрытый стол с упившимися до потери сознания участниками вечеринки. Один из них влез на стул и жонглирует пустым кувшином. Другой просто уткнулся в стол — упился.

Групповые портреты (один из них — «Инспекторы медицинской коллегии в Амстердаме») написаны в традиционной для того времени композиции, никакой драмы или интриги. Точность изображения костюмов делает его портреты документами.

А вот это — «их нравы»! Почтеннейшая публика уходит и уезжает из публичного дома. Граждане служивые набрались до потери равновесия. Что досталось от служивых служительницам Венеры — можно только догадываться.

Сохранились портреты его домашних с весьма приблизительной датировкой (кто есть кто — однозначно сказать невозможно, скорее всего, это его дети).

Жизнь разнообразнее любого театра. Трудно сказать, был Корнелис очевидцем или рисунок сделан по рассказам, но то, что изображено, достойно любой театральной сцены. Это принц Евгений Савойский осматривает проституток мадам Терезе, которая обратилась к нему за разрешением открыть публичный дом.

Ведущий голландский художник XVIII века (и актер-комедиант в душе) Корнелис Трост похоронен в Новой кирхе в Амстердаме.

Статья размещена на сайте 7.09.2014

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: