Константин Кучер Грандмастер

Оберек. Что говорят об этом танце польские писатели?

В 1986 году прочитал в «Иностранке» роман Веслава Мысливского «Камень на камень». И с той, уже достаточно далекой поры — эта книга со мной. И она сама, и её герои. И частичка той Польши, что живет, любит, воюет, а главное: от зари до зари — пашет, сеет, убирает хлеба, копает картошку, косит луговое разнотравье или делает какое другое неотложное трудное крестьянское дело на своей земле.

А земля — она, что в Польше, что в России. Если только составом своим отличается одна от другой. А так… Что у них, что у нас — не родит без любви, труда и бережного отношения к ней.

Но люди на этой земле живут разные. И чтобы понять героев Мысливского, надо хоть немного знать историю Польши, её обычаи и традиции. Вот так я и заинтересовался обереком. Польским народным танцем, что возник ещё в позапрошлом столетии в Куявии. Исторической области, вошедшей в состав польского государства во второй половине X века и расположенной между реками Нотеч и Висла, к северу от Великой Польши и западнее Мазовии.

Заинтересовался и решил поподробнее узнать — а что же за танец этот оберек? Тем более, узнавать-то. Это раньше надо было тащиться в библиотеку, поднимать каталог, а иногда и не один, выписывать нужную тебе литературу на бланк заказа… Потом сдавать этот заказ дежурному библиографу и… Ждать. Принесут? Не принесут? А как принесут — будет ли в заказанной книге нужная тебе информация?

Это раньше… А сейчас! Чистое здоровье! Зашел на сайт любого поисковика, ввел в окошко слово «оберек», кликнул и… Ни-че-го!

Вернее, как «ничего»? Две строчки из музыкальной энциклопедии, продублированные практически всеми сайтам, на которые дал ссылку поисковик. Две строчки. И — всё!

Вот я и подумал… Стоит ли вообще с этими поисковиками заморачиваться? Да кто о польском танце может рассказать лучше самих поляков? Наверное, никто. Ну, я и достал с книжной полки несколько томиков. Тех, что когда-то уже прочел. Полистал их. И нашел кое-что.

Например, у Анны Хмелевской. В её «Мы все под подозрением»:

«Влодек сидел на шкафу с чертежами и, не обращая внимания на конкуренцию Польского радио, ужасно играл на губной гармошке оберек. Алиция, будучи сильно навеселе, требовала, чтобы он сыграл польку, потому что она должна ее станцевать. Я присоединилась к ней, но Влодек запротестовал, между одним и другим звуком объясняя нам, что в губной гармошке нет какой-то тональности, необходимой ему для того, чтобы сыграть польку».

А если кто, прочитав Хмелевскую, уже недоуменно поднял вверх брови, без слов вопрошая «И что?», поясняю:

Первое. Оберек — танец парный. Одному его не станцевать. В обязательном порядке нужно, чтобы для танца было два человека. Парень. Влодек. И девушка. Алиция.

Второе. Музыка оберека достаточно простая. Ему не нужны «какие-то тональности, необходимые для того, чтобы сыграть польку». Но, несмотря на незамысловатость мелодии, оберек исполняется так, что под его музыку невозможно усидеть на месте. Это быстрый, азартный танец.

Но про азарт — уже у другого польского автора. Януша Пшимановского. В его «Четырех танкистах и собаке»:

— Рота, в атаку… Пора сплясать оберек! — крикнул Кос и, отложив винтовку, взял автомат.

Что, опять непонятно? Поясняю. Хотя тот, кто держал в руках оружие, и так знает, что автомат, стреляющий очередями, в том числе и длинными, значительно азартнее винтовки. Об этом достаточно внятно говорит Иван Капелюх, главный герой повести Виктора Смирнова «Тревожный месяц вересень»:

«В это время прозвучала автоматная очередь. Патронов десять — двенадцать, метрах в семистах от меня, там, куда убежала косуля… Стреляли из шмайсера — он бьет поголосистее, пораздельнее, чем наш ППШ, у которого темп стрельбы много выше. Я не сомневался, что косуле хана, потому что выстрелы не повторялись. Тот, кто стрелял, если бы промахнулся, непременно бы долбанул вслед второй очередью. Автомат — штука азартная».

Конечно, Виктор Смирнов — не поляк, но об азартности автомата он говорит словами своего героя из небольшого полесского села — Глухары. А Полесье, оно не только на западе Белоруссии или в Украине. К нему относится и Ленчицко-Влодавское поозерье, и долина Буга в районе Воли-Ургуской. А это уже Польша. Если конкретнее — Люблинское воеводство.

Так что полешукам, и не только люблинским, можно верить. Автомат, а вместе с ним и оберек, — вещи азартные.

Поэтому оберек, как правило, не начинает танцевальную программу любого праздника или торжества. Он идёт чуть позже. После того, как публика немного «разогреется» медленными танцами. Полонезом, куявяком. Или вальсом. А уже потом, после них, на танцевальную площадку выходит оберек. И…

Но здесь, может, лучше послушать хорошего танцора? Такого, как Шимек Петрушка. Главный герой романа Мысливского «Камень на камень».

«И снова плясать. И уже не куявяк, не вальс, а оберек! Эх, оберек, оберечек! Ты и притопываешь, и кружишься всё быстрей. Влево, вправо. Эгей! И девушку от земли оторвал. Вот она, в твоих руках. Под потолок её. Юбка развевается, блузка трепещет. А коса сама по залу вьётся вокруг вас. Господи! Шимек! У меня голова кругом идёт. Летит тебе в объятия, запыхавшаяся, раскрасневшаяся. Уже сама тебя обнимает. Уже у ней чертенята в глазах. Ой, Шимек, Шимек. Пойдем, Зося, Крыся, Виктя, Ядвися, выйдем, проветримся чуток. А то она сама: пойдем, Шимек, проветримся, жарко тут. А на улице подальше от гулянки тянет. Не здесь, Шимек, дальше, увидит кто. Разговоры пойдут. И на гулянку ты то ли вернешься обратно, то ли не вернешься».

Танцуй, Шимек… Кружи свою партнершу, меняя направление, — то вправо, то влево. Подбрасывай её. Притопывай сам.

«И никто никого уже не видит. Только ноги сами под людьми плясали, а пожарный сарай дрожал, словно яблонька, которую что есть мочи трясут. А пыль стояла столбом, как на проселке. Потому что самые огневые пляски шли. Оберек за полькой, полька за обереком».

Танцуй, Шимек. Этот танец — твой! Такого сокола, как ты, если верить той тетке, что торговала бубликами в Лисицах, на ярмарке:

«…ни одна не удержит. Какая б ни была богатая, да красивая. Запри двери, окна, закрой вьюшку в трубе, четками даже его привяжи, всё равно улетит. А то, что перед Господом клятву давал, ему ж это, как плюнуть, не приемлет его нутро никаких клятв. Таким уж он сотворен — не для счастья одной-единственной, а чтоб несчастья нашей сестре приносить»…

Ну, а как ей не верить? У меня лично — никакого сомнения в её словах нет. И как-нибудь, будет время, я обязательно расскажу о тебе, Шимек. Чуточку подробнее. Чтобы никто не сомневался. И о тебе. И о романе Веслава Мысливского «Камень на камень».

А пока… Танцуй, Шимек. Быстрый, лихой оберек, с его неровной, капризной ритмикой. Искрометный танец. Который полностью захватывает обоих партнеров, отдавая им взамен свой азарт и энергию.

Танцуй, Шимек. Так, как ты умеешь. А ведь ты умеешь. Я знаю.

Обновлено 16.10.2010
Статья размещена на сайте 21.09.2010

Комментарии (4):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Отличная статья, Константин! Спасибо большое! Потому что, знакомясь с танцем и музыкой родственного славянского народа, непременно открываешь для себя попутно еще много нового и на польском интернете. А также обнаруживается несколько интересных общих моментов и в таких двух языках, как польский и украинский! Например, слово «куява» переводится, как прдорожная пыль (а в украинском языке тоже есть очень похожее слово, «курява» - «придорожная пыль»). Предположительно область Куявия получила свое название из-за особенностей легко пылящейся почвы проселочных дорог, однако, смысл тут может быть и в характере яркого, задорного народного танца, сопровождающегося облачком пыли ). Сравнив же слово «оберек»( или «обертас») с украинским словом «оберт»(что переводится как «оборот»), становится понятным, что танец, в котором много быстрых «оборотов», то есть, разных вращений, в том числе и вприсядку, и по кругу, мог получить именно такое название.
    Как сообщает польская «Википедия», оберек часто сопровождают притопы и прихлопы, присядки и быстрые вращения партнера, попевки танцоров. А партнерша во время исполнения оберека все время использует только основной, базовый танцевальный шаг, состоящий из трех отдельных шажков, каждый из которых отмечает одну восьмую долю каждого трехдольного такта.
    Куявяк ( польку, мазурку) и обертас часто исполняют вместе, просто куявяк имеет обычно размер ¾, и он – медленнее, чем оберек (характерный размер - 3/8). Первоначально оберек танцевали исключительно на свадьбах и по просьбе уважаемых, знатных пожилых гостей. Первые упоминания об обереке-обертасе относятся к ХVII веку. И только в конце ХIX века он стал танцем разных общественных слоев. Его широкое распространение в стране способствовало тому, что оберек тоже стали называть в зависимости от региона, как это произошло с такими танцами, как мазурка и куявяк. И сегодня быывает, что опытный танцор исполняет оберек на спор с музыкантами («кто кого перетанцует»). Танцевать без перерыва такой быстрый танец в течении получаса без перерыва, сменяя партнерш – это достаточно высокая нагрузка.
    В творчестве многих известных композиторов можно встретить исключительно инструментальные или вокально-инструментальные обереки в форме мазурки (Фредерик Шопен, Генрик Венявский, Гражина Бацевич и др.). Оберек для танцев сочиняли такие известные польские композиторы как К. Шимановский, К. Намысловский, О.Кольберг, В. Османьский.
    Вот что удалось обнаружить после знакомства с зажигательным обереком..

    Оценка статьи: 5

    • Ники... Это просто ЧТО-ТО! Изумительный комментарий. Сразу столько разноплановой и интересной информации. И Вам помогла её найти польская Википедия? Если это так, то надо бы и самому взять за правило, хоть изредка, но заглядывать на её странички.

  • Нормальненько

    Оценка статьи: 5