Марк Блау Грандмастер

Что такое «Эффект Выхино»?

В начале 1970-х годов станция Московского метро «Ждановская» была для меня родной. Жил я тогда в том районе, на юго-восточной окраине Москвы.

Вот такой, еще вполне спокойной, я эту станцию и запомнил Фото: Источник

«Ждановской» станция называлась потому, что, когда ее строили, она находилась в Ждановском районе Москвы. На самой его окраине, рядом с Кольцевой дорогой. Станция эта была спарена с платформой электрички, которую тоже назвали «Ждановской». Так что имя партийного босса тов. А. А. Жданова было, казалось, надежно утверждено в памяти народной.

Народу же, строго говоря, было на это наплевать. «Ждановская», так «Ждановская». Только бы не ждать долго!

Была эта станция конечная, последняя на фиолетовой линии Московского метро, тоже, кстати, «Ждановской», а позже «Ждановско-Краснопресненской».

«Поезд дальше не идет, просьба освободить вагоны»

А еще была станция «Ждановская» ужасно неуютная. Открытая, а потому всеми ветрами продуваемая, всеми дождями поливаемая. Встречу здесь не назначали.

И неудобная для пассажира была станция «Ждановская». Народу здесь всегда было много. Много домов поставили на месте бывшей деревни Выхино, много народу сюда переселили. Москва-то не резиновая. Не всем же жить на Таганке.

1966 год, строительство станции. Обратите внимание на идиллические поля и дальнее село Вишняки
1966 год, строительство станции. Обратите внимание на идиллические поля и дальнее село Вишняки
Фото: Источник

Утром все эти люди, «дорогие москвичи», как пел живой еще тогда Утесов, подъезжали сюда на автобусах, плотной толпой двигались через тоннель и поднимались на платформу станции метро. У турникетов — не протолкнешься.

А тут еще, как стихийное бедствие, подходит электричка из Люберец. Набитая по самую крышу. Людей — что сельдей в бочке. Многие из них, из сельдей люберецких, тоже хотят на метро пересесть. И на узкой платформе места уже нет. Удивляюсь, как никто в такой толкучке вниз, на рельсы, не падал.

А еще был случай… Прихожу я с утра на «Ждановскую» часов в 7. Как положено. До института добираться около часа. Народу на платформе привычно много, но с каждой минутой становится все больше и больше. И вдруг — объявление по радио: в ближайшие час-полтора поездов не будет. Пользуйтесь наземным общественным транспортом.

И я воспользовался. Минут сорок ехал на троллейбусе до Таганки. Со всеми удобствами, прижатый к стеклу. Поскольку этот участок я проезжал только под землей, было интересно.

Но на первый час я опоздал. Это был семинар по истории КПСС. Из нашего прекрасного далека наука эта кажется смешной, но тогда это был один из главных предметов. Фундамент, так сказать, идеологической подготовки студентов.

Предмет этот у нас вел Федор Львович Александров, дяденька лет шестидесяти, из «старых большевиков», идейный, но в своей идейности не вредный. Потому студенты относились к нему хорошо.

Я вошел в аудиторию, где Федор Львович проводил семинар, на исходе первого часа. Федор Львович взглянул на меня с удивлением (ибо я был у него на хорошем счету, не прогульщик). На вопрос о причине опоздания я ответил честно: пришлось добираться на троллейбусе, так как в метро на станции «Ждановская» не было электричества.

Объяснение это вызвало всеобщее оживление. А Федор Львович, улыбнувшись, объяснил мне, что отмазки следует придумывать более основательно.

— За сорок лет такого не было, чтобы в московском метро поезда не ходили.

Впрочем, на следующем занятии он при всех заметил, что, оказывается, я не соврал. В московских газетах написали о том, что, действительно, на «Ждановской» произошла проблема с электричеством, поезда не ходили до полудня. По-старомодному справедлив был Федор Львович, хотя и идеен тоже по-старомодному.

Но и он был по-своему прав. До того случая не было в московском метро перебоев с электричеством. Так что кому, как не мне, знать: карма у станции «Ждановская», которую потом переименовали в «Выхино», нехорошая.

И когда по прошествии многих лет я столкнулся вдруг с термином «Эффект Выхино», то не очень удивился. Карму просто так не переделать. Тут переименованием не отделаешься.

Ну, так что же там опять произошло с этой станцией московского метрополитена?

Вот он, эффект Выхино.
Вот он, эффект Выхино
Фото: Источник

«Эффект Выхино» — это вполне установившийся термин. Он описывает ситуацию, когда конечная станция настолько загружена, что уже на ней пассажиры забивают вагоны до отказа. Поэтому на следующих станциях двери не открываются. Эти станции, таким образом, оказываются блокированными. На них тоже возникают пробки. Если не принять меры, то очень скоро вся линия до ближайшей пересадочной станции перестанет работать.

Уже на «Выхино» вагон заполнен
Уже на «Выхино» вагон заполнен
Фото: Источник

Меры принимали. В час пик несколько поездов выходили из депо и следовали мимо «Выхина», не открывая двери для пассажиров, сразу до следующей станции. Но все равно станция «Выхино» оставалась постоянным адом для пассажиров.

Не мудрено. Станция «Выхино» по загрузке до сих пор остается второй на московском метрополитене, она пропускает 130 -135 тысяч человек в сутки. Больше пассажиров только на «Комсомольской-кольцевой» с ее тремя вокзалами. Но там станция огромная, заранее рассчитанная на большой пассажиропоток. А «Выхино», как уже говорилось, на такую нагрузку не планировалась. Когда ее строили, местность вокруг была идиллическая, деревенская, почти что дачная. Всего в километре от стройки, в селе Вишняки, единственным ориентиром возвышалась церковь. Действующая!

В общем, не рассчитывали проектировщики на большое число пассажиров. Потому и сопрягли с новой станцией еще и пригородную платформу, чтобы пассажиропоток увеличить, и приблизить тем самым к столице подмосковные Люберцы. Оказалось, промашка вышла.

Фото: Источник

«Эффект Выхина» начинался уже в 1970-х, но вовсю проявился он лет 20 назад. И существует это стихийное бедствие до сих пор. «Выхино» теперь уж не конечная станция, но это мало что изменило. Очереди по-прежнему огромные, час пик на «Выхино» продолжается в течение всего дня, потери времени и настроения гарантированы почти всегда. Есть надежда, что строящаяся сейчас параллельная линия метро все-таки разгрузит, наконец, фиолетовую линию.

Впрочем, «Эффект Выхина» уже стал и термином, и обозначением проблемы. В Санкт-Петербурге, например, этот эффект то и дело дает себя знать на противоположных станциях самой напряженной, Кировско-Выборгской, линии «Девяткино» и «Проспект Ветеранов». И, как показывает опыт, этим сигналом пренебрегать не следует. Не следует ждать образования транспортного тромба. Легче предупредить болезнь, чем бороться с ее последствиями.

Обновлено 25.11.2018
Статья размещена на сайте 12.11.2018

Комментарии (3):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • А еще толчея и грязь на пристанционной территории и в подземном переходе была из-за рынка, который прямо к станции прилегал. Но сейчас обстановка тут другая. Рынок закрыли, станцию перестроили, осовременили.

    А станция "Ждановская" еще и в историю, хотя бы кинематографа, вошла в фильме "Убийство на Ждановской". А история эта и в жизни произошла. Станционный наряд милиции в пъяном состоянии задержал офицера КГБ в штатском, избил и убил его. Иван Бортник - следователь-важняк из Ген. прокуратуры ("Промакашка" из "Место встречи изменить нельзя") в фильме расследовал это дело. А в жизни Андропов этот случай использовал для развязывания войны против МВД.

  • Спасибо за интересную информацию.
    Видно, как разнились в 70е Ленинград и Москва (я, правда учился в универе в самом конце 70х, но 70е есть 70е).
    У вас в Москве "семинар по истории КПСС. Из нашего прекрасного далека наука эта кажется смешной, но тогда это был один из главных предметов. Фундамент, так сказать", а у нас в Питере в то же время - совершенно неуважаемый предмет, уважаемым был только преподаватель - в нашем возрасте он пошел в ополчение после первого курса универа, а через полтора-два года - уже вернулся, инвалидом на костылях, доучился, защитил диссертацию и преподавал до конца 70х...

    Оценка статьи: 5