Александр Казакевич Мастер

Бернард Шоу: враг №1 для всех прогрессивных женщин? Часть 2

«Любовь — это заблуждение, будто одна женщина чем-то отличается от другой»
Женщины и Шоу — особая тема. Он любил влюбляться в женщин, но… дальше влюбленности дело не шло. Однажды он попытался сделать все, чтобы влюбить в себя… жену своего лучшего друга. И — добился-таки своего! Когда она призналась ему в этом, Шоу, насладившись мигом моральной победы, в тот же день бежал из дома друга — чтобы, по его словам, «не перейти черту»…

Почему бежал, спросите Вы? Ну, хотя бы потому, что, по словам Шоу, «у большинства женщин на уме одно: заполучить своего мужчину и как-то скоротать свой век». Сам Шоу ждал от любви только развлечения, восстанавливающего его силы. На первое место он ставил свою работу, а во флирте искал лишь отдохновения. «Любовь, — писал он, — это заблуждение, будто одна женщина чем-то отличается от другой. Человека, который всю жизнь любит одну женщину, следует отправить либо к врачу, либо на виселицу». «В жизни, — считал Шоу, — то настоящее, что полезно и нужно». Поэтому он предпочитал сберегать силы для «более разумной деятельности».

Враг № 1 для всех прогрессивных женщин
Шоу любил женщин, но, разумеется, по-своему, то есть — «на безопасном расстоянии». Он не был женоненавистником, однако многие активистки женского движения, в те времена еще только зарождавшегося, считали его чуть ли не личным врагом № 1. Рассказывают, что однажды Шоу спросил у некой эмансипированной аристократки:
 — Скажите, сударыня, вы смогли бы переспать с мужчиной, которого не любите, за сто тысяч фунтов?
 — Без малейшего сомнения! — презрительно усмехнувшись, ответила дама. Она знала, что Шоу, в сравнении с ней, — практически нищий. Однако Шоу тут же спросил:
 — А за один фунт?
 — Да вы что?! За кого вы меня принимаете?!! — возмутилась благородная женщина.
 — За кого — и так понятно… — ответил, почесывая затылок, драматург, — Просто я хотел узнать минимальный тариф…

Понятно, что подобных шуток феминистки просто так снести не могли. Слухи о женоненавистничестве Шоу дошли до королевы. И вот однажды Шоу пригласили на прием в Букингемский дворец. Там же состоялась «историческая встреча» самой знаменитой женщины и самого знаменитого драматурга Англии. После короткого знакомства, королева, как бы невзначай, спросила Шоу:
 — Скажите, господин Шоу, это правда, что вы где-то сказали, будто каждую женщину можно купить за деньги?
 — Конечно, правда, Ваше Величество!
 — Как? — возмутилась королева. — И меня, что, по-вашему, тоже можно купить?
 — Почему же нет? Ведь вы — женщина…
 — Хм!.. И сколько же, по-вашему, я стою?
 — Я думаю, десять тысяч фунтов.
 — Так мало?!!
 — Ну, вот видите, Ваше Величество, Вы уже начинаете торговаться…

Шоу по имени Бернард Шоу
«Со мной никогда не случалось ничего необычного, не происходило никаких экстраординарных событий. Я сам был событием», — сказал он однажды. И это было правдой. Необычное начиналось там, где появлялся Шоу. Сам стиль поведения его заметно отличался от общепринятого. Вот как он сам описывает собственную манеру поведения: «Когда мне протягивают страницу партитуры и просят выразить свое мнение, я рассматриваю лист с видом знатока, перевернув его вверх ногами. Когда меня приглашают опробовать новый концертный рояль, я делаю попытки открыть его с узкого конца. И когда дочка хозяина сообщает мне, что она учится играть на виолончели, я осведомляюсь, не слишком ли надоел ей мундштук на первых порах… Такая манера вести себя доставляет огромное удовольствие моим знакомым, и еще больше — мне».

Рассказывают, что первая экранизация комедии Шоу «Пигмалион» имела в Англии большой успех. По этому поводу продюссер фильма, поставленного, к слову, без ведома драматурга, утроил большой банкет. Пригласили всех, кто имел какое-либо отношение к новому фильму. Забыли только… автора комедии. Однако Шоу пришел на банкет, сел где-то в темном уголке и молча слушал многочисленные тосты за продюссера, за режиссера, за актеров, еще за кого-то. А самого Шоу никто и не вспоминал. Тогда он поднялся и, пытаясь перекричать веселый шум, сказал:
 — Господа, предлагаю выпить за здоровье Бернарда Шоу. Кстати, позвольте представиться: это я!..

«Ausgezeichnet!»
Шоу обладал удивительным талантом придать любому разговору или ситуации приятную легкость и непосредственность. На премьере одной из своих пьес Шоу вышел в антракте на сцену и обратился к залу: «Ну, как вам нравится пьеса?». Пораженные зрители не сразу нашлись с ответом. И только один из них выкрикнул: «Чепуха!». Шоу учтиво ему поклонился и с чарующей улыбкой ответил, указывая на публику:
 — И я придерживаюсь того же мнения, но что мы вдвоем можем против массы?
Об умении подкупить слушателя неожиданной шуткой или каким-то эксцентричным жестом вспоминал немецкий писатель Томас Манн:
 — Шоу не знал немецкого языка, хотя собирался непременно выучить, но поскольку ему было «всего лишь 50», то спешить, мол, незачем. Шоу так его и не выучил, и, когда к нему приходили немцы, не знавшие английского, он выжидал, пока они замолчат, чтобы перевести дух, прижимал руку к сердцу и восклицал: «Ausgezeichnet!» (Превосходно!). Этому были рады гости, и сам смеющийся хозяин.

Несостоявшийся вор
Один из современников писателя рассказывал, как однажды к Шоу пришел — по случаю его девяностолетия — известный детектив Фабиан. Он предложил писателю оставить отпечатки пальцев «для потомков». Шоу согласился, но отпечатки, к изумлению обоих, вышли очень нечеткие, распознать по ним личность было невозможно. «Знай я об этом раньше, — вздохнул Шоу, — я бы наверняка выбрал другую профессию».
К счастью для потомков, Шоу не ошибся в выборе профессии.

Обновлено 15.01.2009
Статья размещена на сайте 3.02.2008

Комментарии (2):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Мне интересно только одно - зачем вы, Александр, названия даете прописными буквами? Ведь вы же видите, что редакторы вам исправляют заголовки при принятии статьи. Почему бы сразу не сделать заголовки так, как требуют то условия сайта - строчными буквами?