Надежда Рубцова Мастер

Как сложилась судьба военного топографа Б. Н. Рубцова? Воспоминания дочери

Казалось, всё будет неизменно в жизни молодого человека, когда он закончил лесотехнический техникум и вернулся домой — в подмогу отцу. Его отец, а раньше дед и прадед работали лесничими в Симбирской губернии.

Советские топографы во время Великой Отечественной Войны Фото: Источник

Образованные полукрестьяне-получиновники служили сначала одному государству, потом — другому. Почитывали книги и журналы, приходившие из столиц с опозданием на три месяца. Растили детей, старались хорошо их учить. Семья пережила много — Первую мировую, революции, гражданскую войну и интервенцию, период военного коммунизма, страшный голод в Поволжье и время репрессий 30-х годов, и худших времен уже не ожидала.

Но пришла молодому человеку повестка в военный комиссариат. Вместо солдатской службы предложили учёбу — в Ленинграде, в военно-топографическом училище. Он согласился с радостью. Его манило неизведанное, он мечтал увидеть мир, каким он виделся в любимом журнале «Вокруг света». И не прогадал: красота мира радовала его всю жизнь, и, благодаря профессии топографа, успел он увидеть так много, что хватило бы на десятерых. Правда, за созерцание красоты надо было платить, а плата была высокой: кровь, унижения, страх и тяжёлый труд.

Изображение боевого знамени ленинградского военно-топографического училища в 1920 - 1937 гг.
Изображение боевого знамени ленинградского военно-топографического училища в 1920 — 1937 гг.
Фото: ru.wikipedia.org

Поучиться курсанту нормально не дали. Учёба и строевая подготовка без увольнений в город, экзамены — экстерном, и — на войну. Карельский перешеек застывал в 40-градусные морозы, когда два свежеиспечённых младших лейтенанта, оснащённые личным табельным оружием, парой гранат, скудным пайком, теодолитом, лыжами и двумя пропусками (от советского и финского командования), пробирались от высотки к высотке, рискуя нарваться на «кукушку». Закоченевшими пальцами настраивали прибор, записывали данные, необходимые для демаркации границы между СССР и Финляндией.

Борис Николаевич Рубцов, 1942 г.
Борис Николаевич Рубцов, 1942 г.
Фото: Надежда Рубцова, личный архив

За то, что сумел вернуться, стал старшим лейтенантом и был оставлен при штабе ЛенВО. Получил комнату на Петроградской стороне и, наконец, увидел во всей красе дивный город.

Но началась другая война, и в далёком Берлине дивный город решили разрушить. На переднем крае обороны, сначала в Стрельне и Автово, потом у Пулковских высот, затем в деревне Купчино старлей, а вскоре — капитан, в бинокль определял расположение вражеских батарей, тут же производил расчёты и отправлял или сам относил их в Смольный, а между делом — ходил в атаку, отступал вместе со всеми или пытался спастись от тотального артобстрела.

Зимой 42-го командующий вручил ему медаль «За отвагу», его единственную награду за время войны.

Лагерь топографов во время ВОВ
Лагерь топографов во время ВОВ
Фото: Источник

В Купчино ему не повезло. Но в палате для умирающих его заметил главный хирург госпиталя, грузин (всех благ стране, рождающей таких людей), и, несмотря на протесты других врачей, сказал: «Этот парень должен жить!» Вынул из него килограмм металла и приказал каждый день засыпать раны порошком стрептоцида (других лекарств не было).

Когда жизнь вернулась, пришли люди из Особого отдела с сообщением, что отец-лесничий осуждён как враг народа, за матерно высказанную нелюбовь к вождю. Все представления к наградам и очередному званию были аннулированы.

Он скрылся от особистов на передовой, а после снятия блокады Ленинграда друзья «спрятали» его ещё дальше — на Дальнем Востоке. Полтора года колесил он с четырьмя солдатами на стареньком грузовике по Китаю, Монголии и Маньчжурии, уточняя карты местности.

Топографы и их работа - карта местности
Топографы и их работа — карта местности
Фото: Источник

Ни разу не пересеклись они ни с одной из воюющих армий, но смогли пообщаться и с белоэмигрантами в Харбине, и с японскими семьями, ещё не уехавшими из Китая, и с буддистскими монахами. Фотографировал он цейссовской камерой всё, что видел, и эти кадры — уникальны. Потом было Забайкалье, Чита, пьяная после Победы, концерты Вертинского и снова — Ленинград.

После Великой Отечественной войны была внешне спокойная жизнь: женитьба, работа на картографической фабрике, увольнение в запас в 1957 году, работа в проектных институтах города, проектирование БАМа, потом — работа директором музея Военно-топографического училища и работа над «Атласом г. Ленинграда».

Но никогда он не упускал случая поехать далеко-далеко. Вот только с поисками йети не повезло: на Памир не взяли из-за ранений. А однажды, почувствовав, что конец близок, он сбежал от родных в горы Дагестана и там в возрасте 65 лет совершил восхождение. И везде он фотографировал: в горах, в тайге, тундре, пустынях, на морях, в городах и, конечно, в любимых с детства лесах средней полосы.

Зачем человеку жизнь дана?
Фото: Источник

Во время войны командование упорно представляло сына врага народа к наградам, и настал день, когда все заслуженные ордена и медали засверкали у него на груди…

Когда мой отец умер, родное училище хоронило его с почестями, как генерала.

Борис Николаевич Рубцов был счастливым человеком: много работал, влюблялся и путешествовал. Он взял от жизни всё, что она ему предложила. И отдал людям всё, что мог. Каждый ли человек может сказать о себе то же самое?

Обновлено 5.11.2018
Статья размещена на сайте 14.08.2007

Комментарии (42):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: