Марк Блау Грандмастер

Что такое брутовский рубль?

Суеверия необъяснимы. Ну, с чего, спрашивается, решили, что найденная на дороге подкова — к счастью? Объяснить-то можно (мол, железо в старину было очень дорогим), но нужно ли? И уж совсем не поддается разумному объяснению, почему так ценятся вещи, оставшиеся после самоубийц или же после казненных.

Брутовский рубль: управляющий Тимашев, кассир Брут Фото: ru.wikipedia.org

В Средние века веревка, на которой повесились или же на которой повесили, стоила дорого. А потому что все считали: этот реквизит приносил счастье. Так что его продажа (иной раз, по частям) была хорошим бизнесом для палачей, врачей и родственников усопшего.

Суеверие о том, что человек, ушедший в лучший мир, посредством каких-нибудь артефактов благодетельствует всех, кто пока еще остался в сей юдоли страданий, дожило даже до нашего просвещенного времени.

Жорж де Латур, «Шулер с бубновым тузом», ок. 1630 г.
Жорж де Латур, «Шулер с бубновым тузом», ок. 1630 г.
Фото: ru.wikipedia.org

Что уж говорить о временах не столь просвещенных? Ведь всего сто лет назад многие в России гонялись еще за одним подобным талисманом удачи — за брутовским рублем.

Семен Аркадьевич Брут был кассиром Государственного банка Российской империи. Должность, казалось бы, незаметная, но фамилия Брута была у всех жителей государства если не на слуху, то уж точно на виду.

Дело в том, что на всех купюрах, которые выпускал Госбанк, стояли две подписи: управляющего банком и одного из кассиров. Подписи эти, с одной стороны, подтверждали, что ассигнации — не просто красивые бумажки, а деньги, обязательные к приему по всей империи. Так сказать, от тайги до британских морей. Во-вторых, подписи являлись одним из элементов защиты купюр от подделки.

В конце XIX-го, начале XX века, когда кассир Госбанка С. А. Брут визировал своим факсимиле государственные кредитные билеты, даже самые мелкие, рублевые, «бумажки» нуждались в защите. Один рубль был довольно крупной суммой. Средняя месячная зарплата рабочих и мелких служащих составляла около 20 рублей. Стоимость повседневных продуктов измерялась в копейках, а вот приличный обед в трактире или — бери выше! — в ресторане, мог обойтись и в несколько рублей. Подпись кассира Брута стояла как раз на кредитных билетах небольшого достоинства: 1 рубль или 3 рубля.

Строго говоря, подпись кассира играла ту же роль, которую в старые времена исполнял королевский портрет на золотых и серебряных монетах. И поскольку фотографий Семена Аркадьевича Брута до нас не дошло, можно сказать, что его подпись на старых деньгах — единственная память, о нем сохранившаяся.

Эдвард Мунк, «За рулеткой», 1892 г.
Эдвард Мунк, «За рулеткой», 1892 г.
Фото: Источник

В 1914 году, говорят, кассиру не повезло. Он растратил крупную сумму денег и, дабы избежать позора, повесился. По слухам, растрата произошла из-за проигрыша в карты. Так это было или не так, теперь не разобраться. Да и то сказать, проверять легенды — задача такая же неблагодарная, как и разоблачение суеверий.

Надо сказать, что в последние годы существования Российской империи практически все запреты на азартные игры были сняты, и количество желающих проверить свою фортуну резко возросло. Опять же, война. Для кого — риск на фронте, а для кого — прибыли, текущие рекой. Одни желали забыться, другим требовалось порастратиться. Сообщество азартных игроков небывало расширилось.

Вот среди них-то и родилось поверье, что рублевый кредитный билет Государственного банка, подписанный Брутом, столь неудачно закончившим свою жизнь, приносит удачу в азартных играх. Вроде бы кто-то поставил такой рубль на кон в качестве последней ставки — и отыгрался, а потом даже и выиграл крупную сумму.

Что такое брутовский рубль?
Фото: Depositphotos

Как довольно часто случается в среде людей, скепсису не подверженных, слух о «счастливом рубле», или же о «брутовском рубле», очень быстро распространился среди азартных игроков. Все стали разыскивать рубли с подписью злосчастного кассира Брута. И опять же, как полагается, пошел слух, что число таких ассигнаций очень невелико. Когда спрос превышает предложение, растет цена. За один «брутовский рубль» давали и двадцать пять, и тридцать обычных, не «брутовских». Между прочим, в 1915 году за четвертную можно было вдвоем пообедать в хорошем ресторане.

Хотя, конечно, никакого дефицита реально не было. Но мы ведь не о реальности, а о предрассудках да о поверьях.

Эти предрассудки и поверья начала ХХ века оставили небольшой слой упоминаний о счастливых «рублях Брута» в современной им, предрассудкам, литературе. Например, в стихотворении Николая Асеева «Скачки», написанном в 1916 году:

Слышу его как в рупор,
спину сгибая круто,
рубль зажимая в руку
самоубийцы Брута.

Стихотворение хорошее и совсем даже не о скачках. Впрочем, кто нынче помнит хорошего поэта Н. Асеева? Кто нынче помнит про «брутовский рубль»?

Слухи об удачливости этих рублей гуляли несколько лет до революции. А потом пришел «товарищ Маузер» и всех соискателей сладкой жизни разогнал. А всех любителей поиграть с судьбой в орлянку заставил играть в настоящую «русскую рулетку», и к тому же без правил.

Что еще почитать по теме?

Что такое семишник и почему его так назвали?
Много ли можно было купить при царе на копейку?
Сколько стоит царский рубль?

Обновлено 5.11.2017
Статья размещена на сайте 27.10.2017

Комментарии (1):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: