Сергей Курий Грандмастер

Кинохиты. Как музыка Эннио Морриконе стала символом «Дикого Запада» и рекламой собачьего корма?

Удивительно, но признанный мастер саундтреков Эннио Морриконе впервые соприкоснулся с киноиндустрией, когда ему уже стукнуло 33 года. Случилось это с подачи бывшего одноклассника — режиссёра Серджо Леоне. Результатом сотрудничества стала знаменитая «долларовая трилогия» — в декорациях «Дикого Запада» и с неизменным Клинтом Иствудом в главных ролях.

Эннио Морриконе Фото: Источник

«The Good, The Bad And The Ugly» (1966)

Так как фильмы снимал итальянец, то их иронически прозвали «спагетти-вестернами». Что не помешало Леоне стать «классиком» в этом, казалось бы, исконно американском жанре.

Кинохиты. Как музыка Эннио Морриконе стала символом «Дикого Запада» и рекламой собачьего корма?
Фото: Скан обложки диска

Режиссёр не раз говорил, что 40% успеха фильма зависит от музыки, и Морриконе в полной мере подтвердил его слова. При этом подход к саундтрекам был крайне неординарным. Леоне очень не хотел банальной оркестровой музыки, поэтому дал другу широкие возможности для экспериментов. В результате Морриконе смело сочетал в своей музыке самые разные инструменты — акустические и электрические, классические и народные, а нередко использовал в качестве инструментов человеческий голос, свист и даже стрельбу,

Э. Морриконе:
«Я предпочитал атмосферу неопределенности, музыку, которая напоминает о статичности григорианского пения. Хотя характер звучания был довольно далеким от этой вокальной традиции».

Вот, например, композиция из фильма Леоне «На несколько долларов больше» (1965).

Но самой узнаваемой композицией «долларовой трилогии», безусловно, стала главная тема из третьей части — «Хороший, плохой, злой» (1966). Я услышал её довольно давно и точно ещё до того, как посмотрел сам фильм. Поэтому мелодия долго ассоциировалась у меня с улюлюкающими индейцами, скачущими по прерии. Как оказалось, индейцев в фильме нет, а то самое «улюлюканье» на самом деле подразумевало вой койота.

Из интервью с Э. Морриконе:
— Ваш саундтрек к ленте «Хороший, плохой, злой» занял второе место в рейтинге музыки к фильмам «всех времен и народов». В чем его феномен?
— Может, в том, что я использовал там вой койота, сыгранный на трубе? (композитор тут же скопировал звук трубы, подражающей зверьку. — Авт.) С одной стороны, звучит драматично, а с другой — комично.

Несмотря на авангардный подход к музыке, Морриконе умудрялся писать очень простые мелодии. Например, тема «Хорошего, плохого, злого» была построена всего на… двух нотах.

Э. Морриконе:
Я всегда писал тональную музыку, легко воспринимающуюся на слух, хотя и не банальную. Я использую простые гармонии, аккорды из трёх нот, которые легко воспроизвести даже на гитаре.
…Если я начинаю в ре-миноре, то и закончу в ре-миноре. Гармония должна быть простой и доступной всем.

Тема регулярно звучит на протяжении всей картины и относится ко всем трём героям. Дело в том, что режиссёр мыслил киллера Сентенца, мошенника Туко и охотника за головами «Блондинчика» как три стороны одной личности. И действительно, все они — бандюки разной степени отмороженности, и ценят, прежде всего, личную выгоду.

К ним вполне можно отнести фразу самого Туко: «Один ублюдок ушёл, второй ублюдок пришёл». При этом, хотя тема и общая, за каждым героем «закреплён» свой инструмент. Тот самый «вой койота» для Сентенцы играется на окарине, для «Блондинчика» — на сопрано-флейте, а для Туко — поётся человеческим голосом.

Кинохиты. Как музыка Эннио Морриконе стала символом «Дикого Запада» и рекламой собачьего корма?
Фото: Скан обложки диска

Нельзя обойти стороной и ещё одну композицию фильма — «The Ecstasy of Gold» («Золотой экстаз») — с прекрасным вокализом итальянской певицы Эдды Делл’Орсо. Она звучит в финале фильма, когда Туко носится по кладбищу в поисках зарытого клада.

Кстати, темой «The Ecstasy of Gold» очень любит открывать свои концерты группа METALLICA.

Пластинка с саундтреком «Хорошего, плохого, злого» вышла в 1966 году и заняла 4-е место в хит-параде США. А спустя 2 года версия заглавной темы, переигранная Хьюго Монтенегро, достигла 2-го места.

Тема фильма быстро стала музыкальным клише «а ля Дикий Запад», поэтому в дальнейшем использовалась исключительно в пародийных целях. В т. н. смешном «гоблинском переводе» «Властелина колец» под неё скачут всадники Рохана, а в к-ф «Неудержимые» она звучит в сцене появления «техасского рейнджера» Чака Норриса.

В 2001 году «вой койота» использовала группа GORILLAZ в начале своего хита «Clint Eastwood» (название, как понимаете тоже не случайно).

«Chi Mai» (1971)

Что касается наших соотечественников, то они ценят Морриконе, прежде всего, за тему «Chi Mai» из французского к-ф «Профессионал» (1981).

Кинохиты. Как музыка Эннио Морриконе стала символом «Дикого Запада» и рекламой собачьего корма?
Фото: Скан обложки диска

Лично я эту композицию слушать не люблю. Уж не знаю, что повлияло — гибель героя Жана-Поля Бельмондо или сама музыка как таковая, но эти пронзительные звуки сразу навевают на меня страшную депрессию…

Далеко не все знают, что «Chi Mai» была сочинена задолго до «Профессионала» и успела прозвучать во множестве других фильмов. Источником её вдохновения послужило адажио И. С. Баха «BWV 974», а первые элементы знаменитой мелодии Морриконе использовал ещё в теме «Invito All Amore» из спагетти-вестерна Серджо Корбуччи «Великая тишина» (1968).

Свой канонический вид и название «Chi Mai» мелодия обрела в к-ф «Маддалена» (1971), повествующем о трагической любовной страсти между женщиной и священником, связанным обетом целибата.

Уже тогда тема Морриконе стала достаточно популярной, чтобы через год исполнительница роли Маддалены — Лиза Гастони — записала её в виде песни.

Интересно, что итальянское выражение «Chi Mai» дословно перевести сложно. Говорят, оно значит что-то вроде «кто-либо когда-либо» и содержит в себе оттенок разочарования и досады.

Идиот… Неужели ты так и не понял, что мы созданы друг для друга?
Что мы — два тела одной души?
Только я. Только я, только я тебя люблю…

Следующими, кто положил глаз на «Chi Mai», стали англичане. Мелодия прозвучала в таких телесериалах, как «Замок англичанина» (1978) и «Жизнь и времена Дэвида Ллойда Джорджа» (1981), да ещё и попала на 2-е место британского чарта.

И только после этого «Chi Mai» вошла в саундтрек «Профессионала» (говорят, по настойчивому желанию Бельмондо). Кроме того, мы слышим в этом фильме и другую замечательную композицию Морриконе — «Le Vent Le Cri».

В 1983 году Бельмондо снова задействует композитора — на этот раз для главной темы к-ф «Вне закона» (фр. «Le Marginal»).

Забавно, что для большинства французов «Chi Mai» ассоциируется не с Бельмондо, а с… рекламой собачьего корма (узнав о таком использовании душераздирающей мелодии, я испытал лёгкий шок). Недаром в к-ф «Астерикс и Обеликс: Миссия „Клеопатра“» эта тема звучит в сцене, когда пёсик преследует римлянина, который тоже бежит на четвереньках.

Я коснулся лишь самых узнаваемых композиций в творчестве Морриконе. На самом деле в послужной список известного композитора входит не менее 400 фильмов, для освещения которых мне не хватает ни знаний, ни времени. Поэтому статью заканчиваю, а завершить её хочу ещё одной культовой темой мастера из к-ф «Однажды в Америке».


Что еще почитать по теме?

Кинохиты 1990-х. Как была написана главная музыкальная тема сериала «Твин Пикс»?
Эннио Морриконе. В чем секрет невероятной популярности его киномузыки?
Киномузыка: какая она? Джеймс Хорнер, прощание с «Титаником»

Обновлено 17.02.2018
Статья размещена на сайте 4.02.2018

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: