Сергей Вячеславович Калитин Дебютант

Почему своих детей и бабушек нам не понять?

Бабушки и внучки — очень милые и необычные существа. Свою бабушку мы ещё можем как-то понять, но как нам понять маленькую дочь?

Фото: Depositphotos

Сегодня мы с женой ходили на заключительный симфонический концерт. Дочь, полуторагодовалую Полю, оставили бабушке. При этом на балконе остались сушиться мокрые Полины резиновые сапоги, но чистая и сухая одежда приготовлена на стуле. Надеялись, что для вечерней прогулки ими будут надеты и приготовленная одежда, и тонкие весенние резиновые сапожки вместо мокрых резиновых сапог.

Днём мы с Полей гуляли. Шёл дождь. Я садил лилии во дворе многоэтажного дома, под сиренью. Поля в это время исследовала окрестные лужи. Если находила глубокую, то я черпал из неё воду для полива высаженных корешков. Таким образом, разыскивая глубокие лужи, Поля и набрала полные сапоги грязной лужевой воды.

Учитывая, что Поля любит не просто ходить по лужам, а бегать по ним и бросать большие камни, можно представить, что, соединив эти два детских хобби, будем иметь во дворе засыпанные камнями лужи и счастливую Полю, обрызганную грязью и с полными сапогами воды.

Так вот, к вечеру мы с женой пошли на заключительный концерт филармонии по настоянию бабушки, потому что она решила, что мы редко ходим на концерты, и поэтому организовала нам такое удовольствие. Она пообещала посидеть с внучкой.

Мы довольные пришли на концерт. Действительно, давно не были в этом зале. Занавес открылся. Генеральный директор филармонии вышел на сцену и сказал, что не хочет произносить фразу «заключительный концерт», хоть он и последний в этом сезоне, но не последний вообще. Во время продолжительной речи он об этом позабыл и всё-таки сказал, что концерт «заключительный». Люди добродушно похлопали.

А в зале, кстати, была богема в основном пенсионного возраста. В числе них — бывший наш директор, многие другие постаревшие и ранее известные люди (но не интеллектуалы и в полном соответствии с концертом, но это я понял потом). Вот такая однообразная публика притолкалась в этот день к нашему городскому симфоническому.

Потом на сцену вышла ведущая. У нас их две, но вышла как раз та, которую я не люблю, потому что в любом наряде (мне почему-то так кажется) она выглядит неопрятно. Что бы она ни объявляла, что бы ни рассказывала о композиторах и их произведениях, всё с душком какой-то маленькой пошлятинки и поэтому совсем не интересно.

Вдруг заиграли Мусоргского. Мы к его музыке совсем не были готовы. Это был такой заключительный сюрприз филармонии, как последний трамвай. Я вспомнил, что Мусоргский был алкоголиком, и поэтому его произведения нашпигованы винегретом из слишком быстрых и слишком медленных фрагментов — как настроение и поведение любого алкоголика. Так и вспомнился его портрет (на известной картине Репина) с всклокоченными волосами и красным раздутым носом.

Хоть я не имею музыкального образования, но сразу заметил, что гобой фальшивит. Трубы — вразнобой. Виду не подал, но на людей вокруг посмотрел с любопытством. Тем более что жена имеет музыкальное образование и слушает. Все зрители сидели в зале, как положено, и я продолжил молчать как все.

Когда объявили антракт, жена, к моему удивлению, попросилась домой. Сказала, что такую фальшь она слушать не желает. И Мусоргский раздражает в таком исполнении. Фрагмент про бабу Ягу играли слишком быстро. Про цыплят — слишком медленно. (Это были «Картинки с выставки» — концерт, над которым Мусоргский работал быстро и увлечённо.) Жена продолжила, сказав, что если бы играли Чайковского, хоть он и был «не традиционным», но зато музыка в 100 раз лучше и задушевнее, чем Мусоргского.

Так мы и свалили из театра. И хорошо! Потому что в гардеробе в этот момент не было толкучки, и не надо было улыбаться коллегам, которых когда-то знал, отвечая восторгами на вопрос: «Как концерт?»

Пришли домой под тепленькой моросью позднего весеннего дождя. Скоро заявились Поля с бабушкой. Поля стала лупить веткой сирени по стене (у Поли есть еще одно хобби — собирать палки). На улице она обязательно ищет палку, чтобы с ней ходить и лупить по стенам домов, асфальту и, конечно же, по лужам. После прогулки палка обязательно приносится домой и устанавливается в прихожей. Великолепная это сирень или просто палка — для Поли пока разницы нет. Ей ясно, что если это палка, то надо лупить. Мы вежливо объяснили малышу, что сиренью не лупят по стенам.

Полины ноги оказалась мокрыми. Почему-то на ней были надеты не тонкие осенние сапожки, а мокрые резиновые сапоги, которые мы спрятали на балконе для сушки. Бабушка тут же сказала, что в дождь по лужам надо ходить только в крепких сапогах.

Поля быстренько была усажена мною в ванночку с тёплой водой для купания, и мы с ней ещё раз потренировались нырять на раз-два-три, а потом поиграли водяными пластиковыми игрушками. Маленький человечек не только замёрз, но и устал, и ему надо было помочь начать питаться.

Чтобы она попила воды, мы спрашиваем, как пьют разные животные и даже предметы. Например, Груффало, птичка, Луна, Вини-Пух или паровоз… (по-другому пить она не желает). Когда Поля попьёт, ей становится легче и она готова есть.

Дальше, за ужином, мы смеялись, рассказывая бабушке про необычный концерт. Поля тоже рассказывала, как она гуляла. Поля ещё не говорит предложениями, а выкрикивает слова, широко раскрывая глаза. Например, «горка!», «высоко!», «катать», «дядя!», «на!», «Поля!». Это значит, что Поля каталась на высокой горке. Какой-то дядя дал ей подарок. Подарком оказалась палочка-мигалка. Ну и дальше в таком роде. Поля выкрикивала, а бабушка переводила.

Так оказалось, что Поля совсем не хотела идти на улицу гулять. Но когда бабушка предложила ей зонт, то сразу засобиралась. Потому что ей, оказывается, ходить под зонтом нравится. Бабушка дала ей зонт, и Поля с зонтом сама ходила и совсем не просилась на руки. Первый раз так. Обычно как устаёт, мы её немного несём на руках.

Пока Поли и бабушки не было, мы решили постирать Полину любимую плюшевую игрушку — Мишу. Запачкалась Миша (она тоже девочка и носит платья). Случайно ребёнок увидел Мишу через круглую стеклянную дверцу в стиральной машине. Заплакал. Потом, когда машинка выжала бельё с Мишей, игрушку вынули и отдали Поле. Поля взяла Мишу. Перестала плакать и унесла на балкон. Там надела на Мишу кепку и закутала в плед.

Вот так ребёнок незаметно взрослеет. И, по-моему, понимает гораздо больше, чем нам кажется. Пока писал, Полю уложили спать.

Вот и поди-ка, пойми их — внучку и бабушку. Казалось бы, и гены у нас общие, а правда у них своя! Но всё же, неспроста бабушки дружат с внучками — они же очень близкие! А вот как нам их понимать — это вопрос.


Что еще почитать по теме?

Зачем нужен бабушкин опыт в многодетной семье?
Родной или не родной дедушка? Беседы с внучкой
Кто лучше всех рассказывает сказки? Наши бабушки

Обновлено 6.02.2017
Статья размещена на сайте 28.01.2017

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: