Константин Кучер Грандмастер

Зачем в дебрях сибирских лесов воруют снег? Байки бывшего лесника

Снег на зонтике становится лёгким,
когда подумаешь о том, что это твой снег.
Японская пословица

Эту историю из жизни рассказал мне один из бывших однокурсников и, по совместительству, хороший друг начального периода студенческого этапа моей жизни. После того как он закончил лесотехнический вуз, направили его на работу в самые дебри лесов Восточной Сибири. В Терсинский лесхоз.

Фото: pixabay.com

Это Кемеровская область, километров 75−80 от Новокузнецка на север, вверх по течению реки Томи. Леса там хвойные, с преобладанием пихты, а зимы… Самые настоящие, сибирские! И снега в тех краях выпадает… Ну, очень много. Крыши за зиму, как минимум, пару раз приходится чистить. А то, в противном случае, их может просто-напросто раздавить.

И когда снега вокруг — неимоверное просто количество, казалось бы, ну, как он может стать объектом преступного посягательства? Зачем тебе ещё и тот, что во дворе у соседа, когда своего… Девать некуда! Ан нет. Оказывается, не всё так просто. И снег могут украсть. Вот так, прямо из-под носа. Даже сторожа не помогают!

А дело так было. Как-то к ним в лесхоз поступило задание из областного управления лесами: взять пробы снега. На карте указали конкретные точки и районы, где требуется произвести забор проб, прислали специальные цилиндры из оргстекла, полиэтиленовые мешки и наклейки, на которых нужно было указать место забора, глубину снежного покрова и, естественно, какая проба с какой глубины взята.

Нынче все эти точки забора находятся на территории биосферного заповедника «Кузнецкий Алатау», но на тот момент в тех краях именно Терсинский лесхоз, как обычно говорят в официальных источниках, «осуществлял свою деятельность».

Соответственно, уже лесхозовское начальство поставило задачу моему институтскому приятелю: «Обеспечить выполнение!» Ну, обеспечить, так обеспечить. Взял мой приятель пару подчиненных себе в помощь, загрузились они этими цилиндрами, мешками, наклейками и на двух «Буранах» укатили по направлению к указанным в задании точкам забора.

Трое суток мотались они по зимней восточносибирской тайге, ночуя прямо в снегу под елями и пихтами. И только к исходу четвертого дня, сделав все указанные в задании заборы, упаковав пробы и пометив их соответствующе, вернулись в лесхоз. А поскольку зимний день, как известно, короток (и Восточная Сибирь здесь — не исключение), вернулись уже затемно. Рабочий день в конторе давно закончился, народ, естественно, разошелся по домам, оставив всё казенное имущество под охраной штатного сторожа.

Контора, правда, моему приятелю и его помощникам оказалась ни к чему: не нести же снежные пробы в теплое, отапливаемое помещение? А вот сторож… Очень даже кстати!

Вырыли они прямо у конторы (три шага от крыльца!) яму в снегу, покидали туда все пробы и сторожа строго-настрого предупредили: «Ты ж это… Смотри, не дрыхни тут! Бди! На тебя оставляем казенное имущество. Трое суток… Понимаешь, ТРОЕ СУТОК по тайге за ним мотались. Не приведи Господь… Осознал?!!» И только убедившись, что сторож осознал и проникся, рванули по домам. Хоть третью ночь провести в тепле, да на чистых простынях!

Но… Ответственность как-никак! Поэтому, наверное, даже в таких относительно комфортных условиях спалось им не особо. С самого ранья прискакал мой приятель на работу и позвонил в Кемерово. Мол, выполнено задание. Присылайте машину за пробами.

А вот уже после этого… С чистой совестью и чувством выполненного долга — домой. Отдыха-ать… Но по дороге (ответственность!) решил заглянуть в импровизированный склад, что с вечера неподалеку от конторского крыльца общими усилиями соорудили. И…

Крик его бессильной ярости поднял с их лежек всех зайцев-беляков, что расположились в тот день на отдых в радиусе пяти километров от конторы лесхоза. Яма в снегу, в которой должны были лежать мешки с заборами проб… Была пуста! Ничего… Абсолютно ничего в ней не было!

Приятель, естественно, весь на взводе, кинулся к участковому: «Где? Где?!! Украли, сволочи… Снег украли! Бумагу мне! Ручку! Заявление о краже писать буду!»

И тут… Его ожидал очередной удар судьбы. Выслушав сбивчивый рассказ потерпевшего, участковый… Начал самым бессовестным образом хохотать. А если уж называть вещи своими именами, то не просто хохотать, а ржать в голос, время от времени вытирая рукавом фирменного кителя набегающую на глаза скупую мужскую слезу.

На что мой приятель только и смог, без сил плюхнувшись на казенный табурет, сказать ему: «Да что ты ржёшь?! Я три… Три ночи в тайге провёл и даже отдохнуть не успел. Через пять дней будет машина из Кемерово, а у меня… Снег украли!»

Но участковый (Юрий Тимофеевич, хороший мужик, настоящий, долгих ему лет!) был человеком опытным и тут же успокоил потерпевшего: «Машина будет через пять дней, а тебе-то и надо всего… По проторенной дороге да по накатанному снегу вы в два раза быстрее управитесь! До прихода машины из управления ещё три раза отдохнуть успеешь».

Пришлось моему приятелю последовать мудрому совету участкового. Поехал он снова со своими помощниками собирать пробы в другие мешки и писать всю маркировку уже не на специальных самоклеющихся бумажках, а на простых листочках, класть их в маленькие пакеты и привязывать обычной бечевкой к мешкам с пробами. Естественно, по проторенной дороге, накатанному снегу управились они в два раза быстрее и под елками и пихтами ночевали в тайге только одну ночь.

А пока они в другой раз ездили за пробами, и история с кражей снега прояснилась.

Оказывается, местные мужики, которым сторож не удержался, слил информацию о яме в снегу и «складированном в ней ИМУЩЕСТВЕ», подумали, что лесхозовские привезли из тайги… Лосятину! Чистое срезанное мясо! Привезли и закопали в снег. А по домам не забрали потому, что лося забивали по так называемой «котловой» лицензии (для нужд лесхоза).

Вот они, мужики-то, и украли мешки с предположительно находящейся в них филейной лосятиной. И оплошность свою поняли, только когда стали вытряхивать их — один за другим. А в мешках… Ни-че-го! Потом уже они заметили наклеенные на мешках бумажки с непонятными цифрами, символами и догадались, что, скорее всего, не лосятина в них была…

Никто бы никогда и не узнал про их преступное деяние, если бы они, обескураженные нулевым результатом, не передрались между собой. Уже проводя дознание по факту коллективной драки, участковый всё и выяснил. И быть бы мужикам на цугундере… Ущерб-то управлению лесами, а значит, и государству, принесен ими немалый! Ладно там цилиндры, мешки, наклейки… А топливо, масла? Эксплуатация двух снегоходов? Зарплата трех работников со всеми доплатами и начислениями?.. Если всё на калькуляторе посчитать, да в десятикратном размере… Статья бы и на специальный состав потянула, в связи с крупным ущербом и деянием, совершенным организованной группой лиц (бандой)!

Но заявления-то о краже… Не было! Потому участковый и ограничился исключительно административным штрафом. И все при этом, в т. ч. и наказанные, остались относительно довольными. Даже мой приятель, узнав финал этой детективной истории, не сильно ругался. Ему в управлении премию выписали за те заборы.

А они-то зачем нужны были?.. Скорее всего, какие-то подготовительные работы в обоснование необходимости организации на этой территории будущего заповедника.

Обновлено 10.10.2018
Статья размещена на сайте 6.10.2018

Комментарии (4):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: