Галя Константинова Грандмастер

Чем хороши домики в Коломне? Часть 2: Дмитрий Донской

Булос ибн Макариус аз-Заим ал-Халеби, он же Павел Алеппский — арабский путешественник и архидиакон Антиохийской православной церкви, так писал об увиденной им в XVII веке подмосковной Коломне:

Фото: Галя Константинова, личный архив

Что касается описания этого города, то он представляется в таком виде. Он величиной с город Эмессу, но стены его, выстроенные из больших камней и крепкого, чудесного красного кирпича, страшной высоты. Его башни походят на башни Антиохиии, или даже лучше и красивее их по постройке, удивительно крепки и непоколебимы.

Перейти к первой части статьи

Сирийских путешественников (а Павел сопровождал своего отца — патриарха Макария) Коломна очаровала. И река Ока у них больше и красивее египетского Нила, и сады богатые, и крепость мощная. Правда, в Коломне им пришлось просидеть долго — в Москве их ждали позже. За несколько месяцев они успели замерзнуть, устать, испугаться моровой язвы — но это обычные невзгоды путешественников.

Почти 900-летняя история Коломны, которая чуть младше Москвы, начиналась с маленькой пограничной крепости Рязанского княжества. Коломна Московской области находится в ста с лишним километрах юго-восточнее, при впадении реки Москвы в Оку.

Хотя вопрос «кто древнее» сложный, часто это просто вопрос договоренностей. Но главным образом, отсчет идет от первого упоминания в летописях.

Так писал историк Карамзин, специально приезжавший в Коломну:

«Желаете ли знать, когда и кем построен сей город? Никто вам того не скажет… Летописи в первый раз упоминают об нем в конце XII века; он, может быть, древнее и гораздо древнее Москвы..».

Первое упоминание города в летописях — в 1177 году.

Фото: Галя Константинова, личный архив

Оба города — Москва и Коломна — находились на стыках древних торговых и военных путей, они схожи первоначальными крепостными стенами и прочими архитектурными замыслами, близки и по исторически сложившимся жизненному укладу и традициям.

«А город каменный, что московский Кремль», — пишет о Коломне уже другой путешественник, немец Адам Олеарий (тоже XVII век), который, кроме дневников, оставил еще и рисунки.

Есть предположение, что Коломенский Кремль строили тоже итальянцы, то есть тот самый Алевиз Фрязин (Старый), который участвовал в возведении стен и башен Московского кремля, а также, возможно, строил прекрасные храмы в Коломенском — когда-то селе, ныне — части Москвы.

Совсем с другой стороны Подмосковья по Щелковскому шоссе находятся по соседству сразу два села — Фрязево и Фрязино. Понятно, что именно там и базировались фрязы — пришлые на Русь специалисты-итальянцы. Но как они оттуда всюду добирались?

С другой стороны село Коломенское, которое было вотчиной царей (и откуда пошло выражение «верста коломенская»), и которое впоследствии стало частью города Москвы, отстраивали и бежавшие от Орды мастера из города Коломны.

Так что можно и не путаться: есть Коломна в Питере, есть Коломенское в Москве и есть город Коломна в Подмосковье. Именно о нем и продолжим разговор.

А вот этимология самого слова «Коломна», «коломенский» совершено неясна. То ли славянское «колома» — колесо, то ли местное «коломень» — граница, то ли от финно-угорского слова kalma — кладбище, то ли балтское kalmyne — заросли аира, то ли половецкое «коллома» — охранение. Но никак не то, что первым приходит в голову — латинское columna — «колонна». А может быть, все-таки латынь?

Но ведь еще существуют свои, народные версии происхождения слова! Кто же первым произнес слово, которое дало название сразу нескольким знаменитым местам?

Люди жили здесь давно, со времен палеолита. Что касается более ближних времен, известны поселения финно-угорских племен по одному берегу реки Коломенки.

А поселение пришедших славян-вятичей находилось там, где сейчас очень симпатичный сквер под названием «Блюдечко».

Фото: Галя Константинова, личный архив

XII век — век междоусобиц и братоубийственных распрей. С XIII века — нашествие хана Батыя, затем Дюденева рать, Тохтамыш, Едигей. Затем — казанский хан Улу-Мухаммед, затем крымский хан Девлет Герай. Как и Москва, Коломна раз за разом разорялась, сжигалась. И снова отстраивалась.

В 1366 году в одном из соборов Коломенского Кремля произошло венчание юного Дмитрия (будущего Донского) и еще более юной Евдокии (будущей Ефросиньи Московской).

Этот храм, фактически, весь перестроен. А рядом стоят другие красавцы-храмы, делая всю эту площадь абсолютно соразмерной самым лучшим, самым красивым образцам европейского культурного наследия.

Фото: Галя Константинова, личный архив

Коломенский Кремль большой, строился с размахом. И нужно еще пройти, чтобы выйти к Пятницким воротам. Когда они еще были деревянными, именно через них въезжал в крепость Дмитрий Донской.

Фото: Галя Константинова, личный архив

С одной стороны — икона, с другой слова, которые по легенде произносил Дмитрий:

«Спаси, Господи, град сей и люди Твоя и благослови вход во врата сии».

Фото: Галя Константинова, личный архив

15 августа 1380 года князь московский и владимирский Дмитрий Иванович собирает в Коломне войско, которое победит в крупнейшей битве, известной как Куликовская битва или Мамаево побоище. Считается, что поход благословил Сергий Радонежский, численность войск с обеих сторон толком не известна, даже место этой битвы — вопрос дискуссий.

Интересно, что с обеих сторон участвовали литовские отряды (с русской стороны — «Стояли сорок тысяч, пришедших с Ольгердовичами»), непривычна роль князя Олега Рязанского, который был на стороне Мамая. Одним словом, это тема будет еще долго обсуждаться и изучаться профессиональными историками-медиевистами. Факт остается фактом: победа была одержана, в честь нее Дмитрий стал прозываться Донским.

Фото: Галя Константинова, личный архив

Известно, что большую роль в этой победе сыграл муж сестры Дмитрия Донского — воевода Дмитрий Боброк-Волынский. Этот то ли Рюрикович, то ли Гедиминович, то ли вовсе «безродный» воевода пошел с тыла и полностью уничтожил конницу врага.

В «Сказании о Мамаевом побоище» говорится и о нем, и об интересном обычае.

И сниде с коня и приниче к земли десным ухом на долг час.

Возможно, оба Дмитрия падали оземь и слушали Землю. А также давали обеты.

Воевода и родственник Дмитрия Донского Дмитрий Боброк поклялся при возвращении в Коломну воздвигнуть монастырь в знак победы. Обещание выполнил — с тех пор и стоит на другом берегу Бобренёв монастырь.

Фото: Галя Константинова, личный архив

Сейчас этот монастырь восстанавливается, а обо всех этих событиях, князе и его воеводе можно прочитать в цикле романов Д. Балашова, а также в романе Бородина, Кожевникова и многих других.

Что еще почитать по теме?

Как взрослел, мужал и готовился к решающей битве князь Дмитрий московский, ставший для Руси «Донским»?
Донской монастырь. Какие грустные истории с ним связаны?
Едем в Москву! Чем удивит своих гостей столица?

Обновлено 20.10.2017
Статья размещена на сайте 10.10.2017

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: