Карина Бахтадзе Грандмастер

Агатовая ваза Мазарини – какая она?

Вазы из твердых цветных минералов всегда считались большой редкостью. Особенно если они были выполнены из многоцветного камня и украшены рельефами в технике камеи. После крестовых походов, когда сосуды-драгоценности стали поступать в Европу, их даже сочли нерукотворными и стали помещать в сокровищницы соборов. Казалось бы, материал, превосходящий по твердости сталь, должен был предохранить изделия древних ремесленников от всеразрушающей силы времени. Но едва ли дюжина подобных сосудов хранится сейчас в музеях Старого и Нового Света.

В древности коллекционировать такие редкости могли лишь могущественные и богатые властители, подобные понтийскому царю Митридату VI или римскому императору Нерону. Нерон, по преданию, так любил вазы, что когда одна из них разбилась, он приказал бережно хранить ее осколки. Когда же Нерон узнал, что римский сенат вынес решение о его низложении, он в гневе сам разбил два каменных кубка. «Так он мстил, — пишет Плиний, — наказывая свой век и не оставляя никому возможности выпить из своих ваз».

Знаменитая «Чаша Фарнезе», которая ныне хранится в Неаполитанском национальном музее, имеет около 20 см в диаметре. В XV в. драгоценный сосуд проделал долгое и опасное по тем временам путешествие из Самарканда, через Венецию в Рим, поступив в собрание папы Павла II. Позже он вошел в коллекцию Лоренцо Медичи и стал ее достопримечательностью. Этот шедевр искусства глиптики, потребовавший многих лет упорного труда, создан неизвестным александрийским резчиком во II в до н.э. Внутри чаши мастер разместил 8 фигур, а снаружи изобразил голову Медузы.

Иногда вазы из минералов имели менее внушительные размеры, но и в этих случаях их тулово украшали полихромные рельефы, вырезавшиеся в многослойном камне. «Крошечный оникс для нарда» — так назвал поэт Гораций подобный миниатюрный сосудик, в котором хранилось дорогое восточное благовоние — нард.

В конце XVIII в. один из редких резных сосудов из агата попал в Россию и оказался в руках библиотекаря наследника русского трона Павла Петровича. Это был уроженец Страсбурга, нашедший в России вторую родину, барон А. Л. Николаи. Сразу же после смерти Екатерины II император Павел поручил ему заведовать драгоценной коллекцией покойной матери — «кабинетом резных камней».

Николаи довольно часто в своей переписке с другом юности и покровителем С. Р. Воронцовым, бывшим в те годы послом в Англии, упоминает приобретенную им по случаю агатовую вазу. Он желает ее продать в Англию и даже просит сочинить ее описание. Однако барон Николаи, к счастью, не осуществил намерение продать редкое произведение искусства. Он преподнес его в 1815 г. вернувшемуся из Европы победителем Александру I. Агатовая ваза поступила в Эрмитаж, где хранится до сих пор.

Что же представляет собой эта ваза? Это сосудик высотой 9 см, больше половины которого покрыто резьбой в античную эпоху, а ножка и горло добавлены значительно позже. На темно-коричневом фоне в среднем слое трехслойного агата-сардоникса мастер вырезал многофигурную композицию, охватывающую всю поверхность тулова вазы. Он разместил в ней 15 миниатюрных фигурок, использовав неожиданные включения белого камня таким образом, что создается впечатление, будто действие происходит среди облаков. Одежды персонажей вырезаны в самом верхнем темно-коричневом слое.

Центральную группу образуют восседающие на троне Аполлон и стоящая перед ним Диана-охотница с ланью. На другой стороне вазы изображены сидящая Венера, богиня Пейто и бог Гименей. Перед богиней любви опустилась на колени Психея со связанными руками. В разнообразных позах представлены амуры: один с луком в руках стоит перед согбенной Психеей, другой паря в небесах подносит Венере сосуд с благовониями, третий преследует бабочку, а последний мчится в раковине-колеснице, запряженной двумя бабочками.

Символика сцены понятна: бабочки (по-гречески «психэ»), преследуемые крылатым божком, олицетворяют душу, охваченную любовью. Невесту, изнемогающую от мук любви, представляет коленопреклоненная Психея. О ее непорочности свидетельствует богиня-дева Диана, о дарованиях — предводитель муз Аполлон. Фигуры Пейто, богини любовного убеждения, и Гименея, гения брака, подтверждают свадебное назначение агатовой вазы. Это был драгоценный дар невесте.

Рельефные фигурки, украшающие вазу, почти не пострадали от времени. Этого нельзя сказать о других ее частях. Сосуд не раз подвергался реставрации — последняя относится ко 2-й половине VIII в. В 1756 г. в Париже известный археолог А. Келюс издал описание вазы. Из приложенных к нему гравюр видно, что она тогда имела ножку иной конфигурации, часть обломанного наполовину горла и сильно пострадавшие ручки. Такие сосуды древние называли амфорисками.

Историками установлено, что до 1752 г. ваза находилась в собрании драгоценностей французской короны и принадлежала сначала королю Людовику XIV, а впоследствии — Людовику XV. Но ее история уходит еще дальше в глубь веков. Когда в 1661 г., после смерти всесильного премьер-министра Франции кардинала Мазарини, был составлен инвентарь его огромных собраний, агатовая ваза была среди изделий из самоцветов, собранных этим неутомимым коллекционером. В его дворце находился большой шкаф с двумя дверцами, расписанный в цвет мраморного дерева, глубина которого увеличивалась нишей в стене. В нем хранились драгоценности. Номером 470 и была помечена в 1661 г. агатовая ваза, описание которой не оставляет сомнения в том, что это эрмитажный шедевр.

Кардиналом было собрано свыше 500 произведений глиптики из горного хрусталя, агата, гелиотропа, аквамаринов, аметистов. Многое после его смерти было отобрано для собрания Людовика XIV и ныне хранится в Лувре. Отдельные предметы рассеялись по частным коллекциям, многие утеряны, другие оказались вне Франции — в музеях Мадрида и Кракова. Агатовая ваза, хранящаяся в Эрмитаже, — любопытный образец коллекции Мазарини. На этом, однако, не заканчивается ее «биография», которую можно проследить вплоть до эпохи Ренессанса.

Она была куплена в Париже из «остатков старых кабинетов Екатерины Медичи, ее отца и Франциска I». В инвентаре сокровищницы замка Фонтенбло, составленном в 1560 г., есть описание очень похожей вазы. Во время религиозных войн конца XVI в. сокровища Фонтенбло в 1590 г. были расхищены гугенотами. Нет необходимых документов для того, чтобы проследить более раннюю историю агатовой вазы Мазарини. Но можно предположить, что в сокровищницу французского короля в XVI в. она попала из Италии.

Сосуд из Эрмитажа выполнен около середины I в. н.э. Не исключено, что в числе его владельцев был и император Нерон, коллекция резных камней которого поражала современников. Когда однажды он пожелал устроить их выставку, то они, по свидетельству Плиния, заняли сцену целого театра. Одна из похожих ваз некогда принадлежала герцогине Изабелле д’Эсте (ныне хранящаяся в Брауншвейге, Германия), связывается с Нероном, его женой Октавией и матерью Агриппиной. Они представлены там в виде греческих богов урожая: Триптолема, Коры и Деметры. Возможно, свадебным подарком Октавии служила некогда эта эрмитажная ваза. Ее заказчицей могла быть Агриппина, засыпавшая императорскую камнерезную мастерскую подобными заказами. Резчики призваны были увековечить каждый шаг четы будущих властителей Рима.

Такова история замечательного произведения. Осматривая сокровища Эрмитажа, поднимитесь на третий этаж и осмотрите коллекцию резных камней. А заметив под стеклом витрины небольшую вазу из агата, вглядитесь в рельефы тончайшей работы. Они поведают вам много интересного.

Обновлено 14.09.2009
Статья размещена на сайте 29.04.2009

Комментарии (4):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Вазы из сверхтвердых цветных минералов всегда считались большой редкостью Возможно-возможно, только при чем здесь тема статьи - агатовая ваза? Агат - поделочный полудрагоценный камень, отнюдь не из самых твердых. Сверхтвердый - алмаз, например.
    Вот это рассмешило: "оказался в руках библиотекаря, наследника русского трона Павла Петровича". Пока здесь стоит запятая, читатель вправе счесть, что некий библиотекарь был наследником русского трона Павла Петровича. А ведь мыслилось наверное, по-другому - что у Павла Петровича, наследника, был некий библиотекарь.
    Не так смешно, но все равно лишне поставлена запятая здесь: "упоминает приобретенную им по случаю, агатовую вазу."
    Возможно свадебным подарком Октавии - а здесь после возможно запятая нужна.
    Я б не приставал по поводу запятых, но здесь эти ошибки выглядят чуть ли не авторским стилем, и омрачают впечатление от статьи - в целом неплохой. Хотя и отягощенной многими лишними подробностями. Честно говоря, к концу я уже запутался окончательно - где какая ваза. Не поручусь за точность, но вроде как в Вене находится самая большая ваза из агата, а не в Неаполе? Или в Хофбурге?

    Оценка статьи: 4

  • Очень интересно!

    Оценка статьи: 5