Борис Рохленко Грандмастер

Три грации? Рубенс и античность

Мое желанье проще и нежнее:
Поцеловать (наивная мечта!)
Весь милый женский род в одни уста.
(Байрон, Дон Жуан, перевод Татьяны Гнедич.)

Что вспоминается, когда вы слышите слово «грациозно»? Как вы себе это представляете? Это невозможно точно выразить. Можно только приблизительно донести ощущения. Скажем, расхожее:

Гимназистки румяные
От мороза чуть пьяные
Грациозно сбивают
Рыхлый снег с облучка.

Что вы видите, какая картинка перед глазами? Какое-то небесное создание (молодое и стройное) точеной ручкой обмахивает сиденье, на котором сидит кучер в тулупе. И еще мизинчик оттопырен! Может быть, картинка утрированная, но то, что грация в нашем представлении прочно связана с молодостью, стройностью и женственностью — это сомнений не вызывает.

Три грации пришли из мифов Древней Греции: Аглая (ликование, либо красота, блеск), Евфросина (радость, либо благомыслящая), Талия (изобилие). Ничем особенным они не выделялись, но они были молоды и красивы. Кто первый изобразил их — неизвестно.

Это римская копия II века нашей эры с греческого оригинала. А когда был сделан оригинал — уже неизвестно. Грации в этой мраморной группе — и молодые, и стройные, и девственные (как это можно предположить). У них идеальные фигурки: нет лишних складок, приятные для глаза пропорции частей тела.

Три грации. Римская копия с античного оригиналаНо, хотя стоят они обнявшись, каждая из них — сама по себе, связь не прослеживается ни в позах, ни в выражениях их красивых лиц.

То, что дошло до нас в мраморе и фресках, до сих пор — предмет для подражания. Не избежал соблазна повторения и Рубенс. То есть просто скопировать композицию для него не составляло никакого труда. Но он что-то искал. Что? Можно только догадываться. Сохранилось несколько эскизов, наброски, варианты картин. В каждом из них — новый поворот, новое положение рук, по-другому расположены сами грации.

Рубенс. Три грации Вот они держат на вытянутых руках (как атланты) корзину с цветами. Кажется, что группа сугубо декоративная: показать женское тело в разных видах. Чувствуется физическое напряжение фигур, девушки явно хотят передать корзину какому-то персонажу, который скрыт в кроне (но он высоко, а им не хватает роста). У них есть общая цель — и это видно по их лицам.

В этом эскизе — никакого физического напряжение, полная расслабленность. Подружки разговаривают о чем-то приятном. Что это может быть? Наверное, любовные забавы, — над ними вьются купидоны. Композиция почти классическая. Почти — потому что спиной к зрителю стоит не центральная фигура. Еще одна особенность — их взаимодействие. Они не сами по себе каждая, они — вместе.

Рубенс. Три грации.Обратите внимание на выражение лиц левой и центральной фигур: даже в наброске художник передал их отношение друг к другу. Легкая ирония средней грации, успокаивающее движение правой грации, недоумение левой грации…

Еще одна попытка показать подруг в другом состоянии: ветреная погода, ветер клонит ветки кустарника (как грации оказались в кустах?), раздувает одеяния, они пытаются бежать. С другой стороны — это вроде не бег, это танец (может быть, сиртаки?). Потому что в руках крайней слева грации — бубен. Что удалось художнику — показать девушек не только спереди и сзади, но и сбоку. И не в статике, а в порыве.

Рубенс. Три грации.Еще один рисунок, беглый набросок, опять попытка поменять положение граций. Но и это не устроило художника, набросок так и остался наброском. Видимо, потому что ему не понравилось их фронтальное расположение.

Что же искал Рубенс? Я напомню слова Байрона, приведенные в эпиграфе: «Поцеловать (наивная мечта!) Весь милый женский род в одни уста». Может быть, и Рубенс искал такое положение тел трех граций, которое бы позволило с одного взгляда увидеть «всю женщину», одновременно со всех сторон?

Рубенс. Три грации.И еще один момент. Классика изображения граций предполагала рисовать, лепить, вырубать из мрамора девушек без излишеств, тоненьких, с едва наметившейся грудью. У Рубенса взгляд на красоту был иной, он с большим удовольствием рисовал хорошо (а в некоторых местах — даже слишком хорошо) развитые тела.

И тут я не могу удержаться, чтобы не процитировать одного из авторов ШколыЖизни.ру Вячеслава Старостина:

«Как хороша полненькая женщина! Любо-дорого поглядеть — и осаниста, и пышногруда, и такие замысловатые движения круглой попой совершает, что как зачарованные смотрим — оторваться невозможно.

У полненьких женщин нет женских прелестей «по отдельности». Все их тело — сплошное удовольствие для мужчин. Как приятно гладить упругие возвышенности и нежно касаться таинственных впадин, без опасения нащупать очередную выступающую кость.

Очень красивые линии тела у полненькой женщины. Стоит ли она, подбоченившись, сидит ли, не касаясь спинки стула, или лежит в незапахнутом халате, томно поглядывая и поигрывая локоном своих волос — все тело рисуется разной по толщине плавной линией, повторяющей эффектные формы.

Линия не обрывается где-то — она скользит, кружась по телу, и прячется в нем загадкой для мужчин".

Естественно, Рубенс не читал ШколуЖизни.ру, но если бы прочитал — согласился бы. Ибо его три грации — реализация написанного Старостиным. Хотя, скорее всего, наоборот: Старостин вдохновился тремя грациями Рубенса.

На этой картине — совсем не те идеальные грации, которые дала нам Древняя Греция. Они поплотнее, они не настолько идеальны, но в них — своя красота. А художник избежал не только статуарности своих милых созданий.

Присмотритесь — они что-то рассказывают друг другу. И они не стоят, они танцуют!

В них — не только телесная красота, в них — энергия, в них — жизнь!

Обновлено 22.12.2010
Статья размещена на сайте 14.12.2010

Комментарии (19):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: