Галя Константинова Грандмастер

Музыка романтизма: какой она была? Фантастическая музыка «Мастера и Маргариты»

Слышали ли вы когда-нибудь музыку, написанную литературными героями? И не какими-нибудь, а героями знаменитого и многими любимого романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». На какую-то собственную трактовку бессмертного романа Булгакова я ни в коем случае не претендую.

mkm3, Shutterstock.com

То, что в романе много «музыкально зашифровано» — давно известно. На эту тему есть работы таких ученых, как И. Бэлза, К. Зенкин и других исследователей. Вот все ли расшифровано — непонятно.

И это настолько интересно, что просто грех не познакомить с данной темой читателей, которые до сих пор не обращали внимания на «музыкальные фамилии» в романе. В целом, «Мастер и Маргарита», наряду с романами Германа Гессе, относится к самым музыкальным романам в истории литературы. Просто не верится, что можно настолько глубоко знать музыку.

Итак, в «Мастере и Маргарите» среди героев мы видим около 10 музыкальных фамилий. В том числе — 5 композиторов: Берлиоз, Стравинский, Римский (-Корсаков), Штраус, Вьётан. Всем понятно, что ни о какой случайности и речи быть не может. Причем заметим, что четверо из композиторов — романтики. Только один не романтик, даже анти-романтик — Игорь Стравинский. А кто у нас Стравинский в романе? Психиатр…

— О нет, — уверенно возразил Стравинский, — …И помните, что здесь у нас вам всемерно помогут … — Вам здесь помогут… Вы слышите меня?.. Вам здесь помогут… вам здесь помогут… Вы получите облегчение. Здесь тихо, все спокойно. Вам здесь помогут

Это герои действующие. Прибавим к ним еще Фагота. Фагот — это духовой музыкальный инструмент. — Скажи мне, любезный Фагот, — осведомился Воланд у клетчатого гаера, носившего, по-видимому, и другое наименование, кроме «Коровьев», — как по-твоему, ведь московское народонаселение значительно изменилось?

Еще одно действующее лицо — Афраний.

— Я жду, — заговорил Пилат, — доклада о погребении, а также и по этому делу Иуды из Кириафа сегодня же ночью, слышите, Афраний, сегодня. Конвою будет дан приказ будить меня, лишь только вы появитесь. Я жду вас!

 — Имею честь, — сказал начальник тайной службы и, повернувшись, пошел с балкона.

Но вряд ли случайно то, что до недавнего времени изобретателем фагота числился некий Афранио (Афранио дель Альбонези).

И такие скрытые музыкальные смыслы просматриваются везде. Администратора варьете и коллегу Римского зовут Варенухой. Варенуха — это украинский крепкий напиток. Он упоминается и у Гоголя, и в опере Римского-Корсакова «Ночь перед Рождеством». («Нет, пойдём мы ко дьяку на кутью, варенуха будет нам у дьяка»). Булгаков отсылает читателя не только к Гоголю, но и напрямую к Римскому-Корсакову.

недалеко от дома № 302-бис, на той же Садовой, в кабинете финансового директора Варьете Римского находились двое: сам Римский и администратор Варьете Варенуха. На это указывает и профессор МГК К. Зенкин.

Трое из перечисленных выше действующих лиц романа — как реальные композиторы вводили в свои произведения «инфернальные образы». Кстати, действие последней оперы Стравинского «Похождения повесы» заканчивается в бедламе, в сумасшедшем доме. Интересно и то, что Стравинский — ученик Римского-Корсакова.

С композитором Штраусом все понятно. Он ведет бал, как не раз делал в своей «реальной» жизни. Его вежливо пригласили, он согласился.

— Иоганн Штраус, — закричал кот, — и пусть меня повесят в тропическом саду на лиане, если на каком-нибудь балу когда-либо играл такой оркестр. Я приглашал его! И, заметьте, ни один не заболел и ни один не отказался.

А кто такой Вьётан?

— Мало, мало, — шептал Коровьев, — глядите налево, на первые скрипки, и кивните так, чтобы каждый думал, что вы его узнали в отдельности. Здесь только мировые знаменитости. Вот этому, за первым пультом, это Вьетан.

Анри Вьётан (1820−1881 годы) — также реальное лицо и музыкант, скрипач и композитор. Родился в Бельгии, жил в Париже и Санкт-Петербурге. Умер в Алжире. Дети до сих пор с удовольствием играют его скрипичное переложение романса Алябьева «Соловей». А в Бельгии Вьётану стоит памятник.

Еще в романе упоминается Шуберт. Он — не действующее лицо, но Воланд явно имеет к нему пристрастие.

Среди этих гудков откуда-то издалека послышался тяжкий, мрачный голос, пропевший: «…скалы, мой приют…» — и Варенуха решил, что в телефонную сеть откуда-то прорвался голос из радиотеатра. Но мелодию напевает сам Воланд. «Голые скалы, мой приют…» — строка из песни Шуберта «Приют». Эта песня вполне романтически-мрачная: буря, поток, скалы как последний приют. И прощаясь с Мастером, Воланд опять вспоминает о Шуберте.

— Зачем? — продолжал Воланд убедительно и мягко, — о, трижды романтический мастер, неужто вы не хотите днем гулять со своею подругой под вишнями, которые начинают зацветать, а вечером слушать музыку Шуберта?

Находят в романе и связи со «Страстями» Баха (Б.М. Гаспаров, ныне профессор Калифорнийского университета). Но нам так далеко не надо. А вот фаустовская тема видна невооруженным взглядом. И в глобальном смысле, и в простых упоминаниях об опере «Фауст» Гуно. Вспомним, как в нехорошую квартиру впервые попадет буфетчик Соков. «На том стуле, на котором стояла нога девицы, наброшен был траурный плащ, подбитый огненно-красной материей». Это костюм Мефистофеля, который надевал для роли Федор Шаляпин, что бы там не говорили любители искать еще более скрытые смыслы.

 — Ну вот… ведь даже лицо, которое вы описывали… разные глаза, брови! Простите, может быть, впрочем, вы даже оперы «Фауст» не слыхали?

А у композитора Гектора Берлиоза есть «свой» Фауст — оратория «Осуждение Фауста» (официально называется «драматическая легенда для оркестра, солистов и хора в четырёх частях»). Вернемся к Берлиозу.

Однофамилец, никому не известный

Подумав так, Иван Николаевич начал исправлять написанное. Вышло следующее: «…с М. А. Берлиозом, впоследствии покойным…». И это не удовлетворило автора. Пришлось применить третью редакцию, а та оказалась еще хуже первых двух: «…Берлиозом, который попал под трамвай…» — а здесь еще прицепился этот никому не известный композитор-однофамилец, и пришлось вписать: «…не композитором…»

Берлиоз у Булгакова совсем не случаен. Принято считать, что у героя есть прототип, но кроме этого, ясно прослеживаются и «музыкальные» связи.

Самое очевидное — фамилия, не часто встречающаяся и во Франции, не только что в России. Но и это не все.

Михаил Александрович Берлиоз в романе погибает под колесами трамвая. Причем ему отрезало голову, как все помнят. В жизни Гектор Берлиоз умер своей смертью. Но вот его лирический герой из «Фантастической симфонии» нет — его в 4 части ведут на казнь. И казнь должна состояться через отсечение головы. Часть симфонии так и называется: «Шествие на казнь». А 5-я часть симфонии называется «Сон в ночь шабаша». На этом шабаше возлюбленная лирического героя симфонии — ведьма, исполняющая непристойный танец.

Роман Булгакова настолько тесно связан с музыкой, что формат статьи не позволяет написать обо всем развернуто.

Еще раз не могу не изумиться такому знанию музыки. М. А. Булгаков знал и понимал музыку так, что уже не одно десятилетие специалисты-музыковеды продолжают разгадывать его шарады.

Об авторе Фантастической симфонии, французском композиторе Гекторе Берлиозе вкратце вспомним в следующий раз, задержавшись в Париже еще на денек.

Обновлено 17.09.2015
Статья размещена на сайте 4.11.2011

Комментарии (10):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: