Владимир Голубков Мастер

Крутой профессионал, или Чего ещё не слышали стены старого Замка Майендорф?

Шпили и стены Замка Майендорф, воздвигнутого престарелым бароном для своей юной красавицы-жены, слышали и видели на своём веку многое…

Фото: Владимир Голубков, личный архив

И склонённые головы придворных, заслышавших царственную поступь императорской венценосной четы — Николая Романова с Александрой Фёдоровной, заезжавших сюда неоднократно…

И звуки мазурки, заглушающие перешёптывание молоденьких красавиц-дочерей, обсуждающих достоинства и осанку горделивых кавалергардов и гвардейских офицеров, приглашенных на бал-маскарад…

И восторженные голоса друзей сына-гимназиста, восславляющие в беседке роскошного сада успехи русской Армии при прорыве генерала Брусилова австро-венгерской обороны…

И беспредел озверевшей толпы, по-своему восстанавливающей справедливость, срывая картины и гобелены со стен, рассовывая попутно по карманам всё, что в них умещалось…

Потом просторные залы поделили, как могли, на клетушки, поселив туда семьи передовых рабочих совхоза «Барвиха», затем устроили поселковый клуб. Короче, жизнь в Замке кипеть продолжала, но была теперь какая-то серая, невзрачная и щербатая, как остатки лепнины и невесть как сохранившиеся кусочки позолоты в недоступных для пронырливых рук закоулках потолков и стен.

Некогда прекрасный парк превратился в непролазную чащу — прибежище местных бомжей и хулиганов, где уже не выводили своих птенцов певчие птицы, а пчёлы и прекрасные бабочки-махаоны навсегда покинули здешние места, розарии и клумбы с цветниками давно уж были вытоптаны — как чуждые пролетарскому сознанию проявления.

Оживление вносили иногда киношники, облюбовавшие интерьеры замка, прописавшие здесь навечно на плёнку множество персонажей, в том числе и всё «Королевство кривых зеркал», да постоянные аварии сетей, соперничавшие по своей фатальности лишь с буйством всепожирающих пожаров, коих в этих стенах было немерено.

Поэтому, когда в начале 2000-х годов началась реконструкция, дел было больше, чем «море», тем более что в конечном результате замок превращался в официальную загородную резиденцию Президента страны.

Всё бы хорошо, но угнетало одно обстоятельство: в отпуск шеф отпускать категорически отказался — мол, работай, давай, дальше, коли тебя заменить некем. Вот найдём человека — пойдёшь в отпуск, заодно и замом у тебя будет.

Знакомая история получалась: до этого, пока у меня была собственная «фирма», лет десять пришлось работать без отпусков. А как иначе? Если есть работа, контракты, подряды, то какой тут отпуск может быть, надо работать, а когда нет работы — так надо её искать опять же… Замкнутый круг получается.

Но это же тогда, когда работаешь на себя, а тут — на «дядю»… Непорядок… Ходишь, ругаешься беззвучно на себя, на шефа, на брак и недоделки, на грязь на стройке, на порванную куртку, на погоду… Воронам твоё бормотание безразлично, рабочие-таджики тоже своими мыслями и делами заняты — с Аллахом общаются по пять раз на дню, а стенам замка… Они и не такое слышали.

Но ведь есть же Трудовое законодательство? «Есть, конечно», — говорит шеф, завтра придёт кандидат, проведи с ним собеседование. Пришёл, поговорили. Парень хороший, вроде, но «теоретик» неисправимый, после института по специальности не работал ни дня, занимался продажей электрооборудования и ширпотреба. В следующий раз — то же самое, даже ещё хуже: ни опыта, ни образования стоящего, да и с воспитанностью, увы! Даже жалко стало, что первого отсеял… Подумалось — мог бы обучить, что ли.

Но не может же чёрная полоса быть бесконечной — шеф сообщает, что с завтрашнего дня выйдет новый сотрудник, он с ним даже не беседовал, посмотрел только резюме и сразу взял его.

— И не надо спорить, и говорить не надо ничего! Такие специалисты на дороге не валяются — у него опыт, да ещё какой!

Посмотри, говорит начальник, анкету — читай сюда! Читаю… Написано: «Специальность инженер-электрик. Имею опыт руководства коллективом до 10 тысяч человек…» Да, думаю… Мыслишка нехорошая воробышком в голове забегала, не взлетает, а гадит мелко по извилинам: «А нужен мне такой зам… Он же меня… Да, дела! Не было жизни, и это — не жизнь!»

Но ничего не поделаешь, утром встречаемся — мужчина лет сорока- сорока пяти, ничем особо не примечательный, ни толстый и не худой, несколько бледноватый, с тяжёлой нижней челюстью, белобрысый, немногословный, растягивающий немного слова.

Единственное, что сразу бросилось в глаза — какой-то мутно-невыразительный взгляд, абсолютно отрешенный, даже несколько пугающий. Мне, много лет прожившему в Средней Азии, сразу почудился знакомым его акцент, оказалось — он из Казахстана, из Алма-Аты.

Представился Владимиром, переехал в Москву и перевёз семью недавно, буквально на днях, живёт пока у родственников. Машины нет, но шеф утром уже отдал ему ключи от нашей разгонной «Нивы», будет теперь на ней ездить.

«Чёрт, не фонтан! Плохо, опять на своей мотаться придётся…», — подумалось. Бензин уже начинал стремительно дорожать, а надо было быть на многих объектах области, иногда одновременно.

Отправил его в центральный офис оформляться окончательно, а сам прикидываю — как побыстрее ввести в курс дел парня, познакомить со всеми… Хотя, с другой стороны, думаю, с таким-то опытом… С его слов, он работал последнее время на каком-то крупнейшем казахском республиканском производственном комплексе главным инженером, эксплуатировал сложнейшее оборудование. На лету всё схватит, сориентируется, справится…

С утра меня уже разыскивали — Владимир поднял скандал c охраной стройплощадки замка, требуя, чтобы его пропустили на автомобиле, что было категорически запрещено всем. Как начало выясняться — всем, но не ему! Его надо было пропускать, он же — «зам. самого … (дальше называлась моя фамилия)». Да, думаю, дела…

Пришлось идти выручать своего «зама», пешком… Купола и оконные проёмы замка безмолвствовали, лишь вороны недовольно каркали, потревоженные громким препирательством: «Не бузи, говорю, не положено. Территория ограниченная, правило — для всех». И опять наткнулся на его стеклянные, бесцветные глаза…

Поводил его по замку, показал найденную недавно мемориальную доску о посещении Николая Второго ещё с буквами «ять», чудом уцелевший, приклеенный намертво к потолку каминного зала старинный гобелен, сам беломраморный камин, повёз на другие объекты. Рассказываю, показываю. Задавай почаще вопросы, говорю. Молчит, погружен в себя…

Пару дней «мой зам» изучал проектную документацию, а я стремительно «подчищал хвосты».

Утром опять «звоночек» — Владимир с дикими глазами влетает в кабинет и с порога: «Или я, или Недостаев…» (главный инженер одной из подрядных организаций).

Иду разбираться…

— Что такое?

— Недостаев меня на … послал…

— Ну, сейчас разберёмся, непорядок, конечно… Но тут же стройка, плохо, конечно, но это же специфика определённая. А тебя — что, в жизни никогда не посылали?

— Нет!

Вот это да, думаю, редкой судьбы человек, штучный экземпляр! А в штабе строительства как только увидели нас, подходящих, заклокотал вулкан страстей — теперь уже рёв Недостаева поднял на крыло остававшихся, видно, самых ленивых и глуховатых ворон: «Где вы этого дурака нашли? Да он же!!! Да я !!! Да он !!! Да я!!!»

Мне даже показалось, что древние, причудливой формы купола заинтересованно начали резонировать, улавливая в гневной речи знакомые слова и целые тирады, уже слышанные ими когда-то от революционных матросов-анархистов и деклассированных почитателей поэзии Зинаиды Гиппиус.

Что за специалист у нас появился, мне уже стало понятно, честно говоря, на второй день. Владимир откровенно «плыл практически по всем темам», да ещё как! И ещё этот бессмысленный взгляд расширенных зрачков, уже понятый мной. Но приходилось молчать, не задавая ему главный вопрос, иначе — прощай, отпуск.

Потихонечку, по капельке, я начал получать от него информацию, а в последний день перед отпуском пошёл разговор напрямую:

— Так что у тебя за база была крупнейшая?

— Ну… Это, конечно, не промышленная, не производственная база была… Овощная база, короче… Картошку, в основном хранили…

— Так у тебя же не было там практически никакого оборудования. На такой базе бурты картошки вентилируются естественным образом, холодильников там нет никаких, технологических машин нет…

— Ну… Освещение у нас было, лампочки всякие… Много… Из начальства директор был, Жолдос Сабирович, главбух и я — инженер, они меня звали главным инженером.

Но больше всего меня в этой ситуации интересовал опыт руководства громадными коллективами, до десяти тысяч человек…

— А к нам присылали картошку перебирать студентов, солдат, с производства людей снимали, со школ… За год иногда и больше людей приходило, а меня Жолдос Сабирович обычно старшим назначал.

Пока я всё это слушал, на крыше замка что-то начало вибрировать — то ли от температурных расширений, то ли стропила переговаривались друг с другом, разбираясь между собой — смеяться им теперь или плакать. Такого, похоже, ни им, ни воронам услышать ещё не приходилось…

Шефу я предпочёл пока ничего не рассказывать, но и в отпуске решил не задерживаться. Мало ли…

Что еще почитать по теме?

Кому на Руси жить хорошо, или Почему мужчины такие разные?
Как забивают гвозди настоящие профессионалы?
Как правильно писать письма министру?

Обновлено 31.08.2017
Статья размещена на сайте 4.07.2017

Комментарии (2):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: