Галя Константинова Грандмастер

Музыка Средневековья: какой она была? Трубадуры и любовь

Могу ль в глазах ее упасть?
Лжецов презреньем окружу:
Господь, будь на расправу скор
И выстави их на позор,
Поскольку та, кому служу,
Считает, будто я держу
Другую Даму про запас…

(Фолькет Марсельский)

В XI веке в Западной Европе зародилось новое явление — бродячие музыканты. На севере Франции заявили о себе труверы, в Провансе — трубадуры. Пели они на разных наречиях, но общего было больше. Так появлялось светское искусство, связанное одновременно с замковой, дворянской культурой и с народной: городской и, возможно, деревенской.

Сохранилось не так мало песен трубадуров и труверов. Об их личностях известно меньше. И трудно сказать, что там от легенд.

В первую очередь необходимо назвать Гильома IX, графа Пуатье (1071- 1126 годы) — хронологически первого из известных трубадуров. Между прочим, он был прадедом Ричарда Львиное Сердце.

Здесь тот редкий случай, когда биография трубадура достаточно хорошо известна. Жизнь его была бурной. Например, он два раза был отлучен от церкви. Первый раз — из-за проблем с налогами. Второй — из-за похищения дамы.

Гильом, герцог Аквитании и трубадур (Национальная библиотека Франции) Я хочу вам, стражи, дать совет простой
(И словам моим не внемлет лишь глухой):
Не старайтесь понапрасну, не поможет вам разбой.
Я не видел в мире дамы молодой,
Что могли б сдержать засовы со скобой.
Если путь прямой заказан, путь найдет она кривой
.

(Гильом IX)

Правда, похищение виконтессы Данжероссы де Л’Иль-Бушар было совершено при полном согласии последней. Это последнее отречение помог снять троюродный брат Гильома — папа Римский Каликста II.

Не знаю, под какой звездой
Рожден: ни добрый я, ни злой,
Ни всех любимец, ни изгой,
Но все в зачатке;
Я феей одарен ночной
В глухом распадке
.

(Гильом IX)

Гильома IX часто называют Франсуа Вийоном XI века.

Также один из самых первых трубадуров — Маркабрюн. О нем известно, что был он найденышем, которого воспитал некий богатый человек. Его песни характеризуются некоторым социальным подтекстом и отнюдь не «куртуазным» языком. Видимо, не чурался он в своих песнях и хлестких выражений.

Другой трубадур — Жофре Рюдель — был графом, платонически влюбился в восточную принцессу из Триполи — графиню Годьерну Триполитанскую, отправился в крестовый поход, заболел по дороге и умер на руках любимой, которая тут же постриглась в монастырь.

Жофре Рюдель умирает на руках Годьерны Триполитанской (Итальянская миниатюра, 13 век) Следующий трубадур — Ригаут де Барбезьеу — влюбился в дочь предыдущего трубадура, воспевал ее в стихах, а после ее смерти уехал в Испанию (возможно, окончил свои дни в монастыре).

Судьба трубадура Гильома де Кабестань была трагична. Он влюбился в жену графа, при дворе которого жил — Раймунду (дается и другое имя, но все равно — жена графа). Граф убил трубадура и накормил неверную жену его сердцем. Раймунда от горя выбросилась с балкона замка. Между прочим, трубадур был настолько популярен, что соседи графа попрекали его этим убийством.

Трубадур Монах Монтаудонский не зря носил это имя. Он был изначально бенедиктинским монахом, но уж больно любил сочинять песни. Монастырь отпустил монаха и разрешил ему заниматься мирским делом с условием, что он будет весь доход от песен отдавать родной обители. Вряд ли это можно считать такой уж трагической судьбой.

Фолькет Марсельский, напротив, после того, как провел молодость как трубадур, посвятил себя церкви — и даже стал епископом. Примкнул к крестовым походам, участвовал в делах инквизиции. А также основал Тулузский университет. В «Божественной комедии» Данте Алигьери он находится в «разделе» «Рай».

Зато трубадура Бертрана де Борна Данте поместил в восьмой круг ада. Связано это было с тем, что Бертран де Борн был довольно воинственным человеком. Много внимания в своих песнях-стихах уделял вопросам воинской доблести. Он воевал против Ричарда Львиное Сердце, а потом — за Ричарда Львиное Сердце.

Бертран де Борн (миниатюра, Национальная библиотека Франции) Повсюду мир — а все ж со мною
Еще немножечко войны.
Тот да ослепнет, чьей виною
Мы будем с ней разлучены!
Их мир — не для меня,
С войной в союзе я…

(Бертран де Борн)

Но трубадур не может без песен о Даме. Многие песни Бертрана сохранились.

Но наши донны юность потеряли,
Коль рыцаря у них уж больше нет,
Иль сразу двух они себе стяжали.
Иль любят тех, кого любить не след,
И честью замка мало дорожат…

(Бертран де Борн)

Последние годы жизни трубадур провел в монастыре. Бертран де Борн является одним из самых знаменитых трубадуров. Ему посвятили свои стихотворения Гейне и Эзра Паунд, перевод одной из его песен вставлен в поэму «Роза и Крест» Александра Блока. Бертран является одним из персонажей романа Лиона Фейхтвангера «Испанская баллада». А также главным героем российской писательницы Елены Хаецкой «Бертран из Лангедока». О Бертране слагают песни, в том числе, здесь и сейчас.

Все трубадуры пели о любви к Прекрасной Даме. Изредка касались и социальных вопросов. Но основное — любовь. Платоническая, но кто знает?

А что же сами дамы? Неужели они ограничивались замечательной ролью воспетых? Нет, были и трубадурки. И они воспевали мужчин — своих любимых.

Азалаис де Поркайрагуэс — женщина-трубадур. Годы ее жизни неизвестны. Известно лишь то, что ее песни были посвящены ее возлюбленному. Одна ее песня-плач написана на смерть другого трубадура — Раймбаута Оранского.

Беатриса де Диа (Национальная библиотека Франции. XIII в.) Еще одна трубадурка — графиня Беатриса де Диа. Она была замужем, но влюблена в другого трубадура. Его она и воспевала:

Я выбрала одного достойного и благородного,
Через которого улучшается и облагораживается честь,
Щедрого, ловкого и проницательного,
В котором есть остроумие и мудрость.
Я молю его, чтобы он мне верил,
И пусть никто не заставит его поверить,
Что я изменю ему —
Если только он не изменит мне…

Идеальная влюбленная — покинутая, но продолжающая любить. Хочу напомнить, что «куртуазность» — это не разврат, это просто особое отношение к жизни, в некотором роде она даже являлась тогда воспитанием чувств.

А кто скажет любимому плохое о любви,
пусть он не верит тому,
а только тому, что я скажу.
Ведь часто поднимает прутья человек,
Которыми он сам бит
.

(Беатриса де Диа)

Трубадуры были абсолютно «медийными фигурами», как это сейчас называется. Они путешествовали по всей Европе и не только, от замка к замку разносили новости, облекая их в песенную (от этого — еще более запоминающуюся) форму.

Адам де ля Аль (средневековая миниатюра) Все творчество трубадуров рассмотреть в рамках одной статьи невозможно. Их песни сыграли огромную роль в развитии общей музыкальной культуры европейского Средневековья. В заключение хотелось бы упомянуть о труверах — хотя бы только на одном примере.

Адам де ла Аль, или Арасский горбун (1240- 1287, горбуном не был — прозвище перешло по наследству) — французский поэт-композитор, трувер. Известен тем, что отказался от принятия сана и тем, что написал 36 одноголосных песен (именно шансон). А еще его перу принадлежит, по общему мнению, первая светская музыкальная пьеса европейского театра.

«Игра о Робене и Марион» — милая музыкальная пьеса с незатейливым сюжетом. Пастушка Марион любит простолюдина Робена. Но все время появляется некий рыцарь, просит Марион стать его подругой, наконец, насильно увозит ее. Бедняжка горько и долго плачет. Ее невинные слезы растрогали рыцаря настолько, что он отпускает ее домой. Все на радостях поют и пляшут.

Этот сюжет восходит к средневековой французской песне, которая называлась пастурель. В ней всегда была девушка и рыцарь, который почему-то всегда ее встречал, куда бы ни поехал («Однажды ехал я верхом…»). Адам де ла Аль немного переработал сюжет и написал музыку.

О том, как развивалась музыка в дальнейшем, можно будет прочитать в следующий раз. А послушать песни трубадуров и песни о трубадурах можно в комментариях.

Обновлено 1.09.2015
Статья размещена на сайте 20.08.2011

Комментарии (52):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: