Евгений Жарков Грандмастер

Как снимали драму «Амадей»? Экранизация мифа

Мало кого удивит тот факт, что ни одна из крупных голливудских студий не была заинтересована в финансировании трехчасовой биографии классического европейского композитора. Пессимистические прогнозы голливудских боссов оправдались: «Амадей» входит в число избранных лауреатов Оскара, не сумевших войти даже в первую пятерку по кассовым сборам.

Фото: Кадр из к/ф «Амадей», 1984 г., kinopoisk.ru

По итогам года лучшая картина 1984 года — лишь 12-я, уступив в том числе «Охотникам за привидениями», «Гремлинам» и «Полицейской академии». Когда картина Милоша Формана победила в ежегодной церемонии Оскара, объявлять победителя на сцену вышел сэр Лоуренс Оливье. Открыв конверт, он произнес: «Амадей». Проблема в том, что он так торопился сообщить миру эту новость, что забыл перечислить всех остальных номинантов.

Милош Форман
Милош Форман
Фото: che, ru.wikipedia.org

В книге Джона Харкнесса, посвященной премии Оскар, написано, что композитор Морис Жар, получивший статуэтку за свою работу над фильмом «Поездка в Индию» (1984), поблагодарил киноакадемию за то, что она не включила в список номинантов саундтрек «Амадея». Жар, разумеется, пошутил, ведь вся музыка в фильме не была оригинальной. Тем временем саундтрек к фильму занял 56-е место в чарте Billboard, сделав этот классический альбом самым успешным в своем жанре за свою историю существования популярного чарта.

В качестве средневековой Вены создателями фильма использовалась Прага, родной город Милоша Формана. При этом для съемок «Амадея» было построено всего четыре искусственные декорации: больничная комната Сальери, квартира Моцарта, лестничная клетка и театр-водевиль. Все остальные декорации были естественными. И даже съемки постановки «Дона Джованни» проходили на той самой сцене, где опера впервые ставилась.


Эпизод с «Доном Джованни» частично снимался 4 июля, в День Независимости. И внезапно, в процессе подготовки к очередному дублю, когда Форман крикнул «Начали!», с потолка развернулся американский флаг. Все 500 человек массовки встали и начали петь гимн США. Тем не менее среди присутствовавших на площадке нашлось около 30 человек, никоим образом не среагировавших на национальную атрибутику. Как потом выяснилось, то были агенты секретной службы Чехословакии.

Милош Форман настоял на том, чтобы все актеры разговаривали нормально, со своим американским акцентом, дабы они могли сконцентрироваться на актерской игре и проработке своих персонажей. Это действительно помогло ведущим исполнителям сфокусироваться и вжиться в образы.

Так, Ф. Мюррэй Абрахам (Сальери) для своей роли научился читать ноты и дирижировать. Несколько профессоров музыки, проанализировав музыкальный видеоряд фильма, подтвердили, что все ноты соответствуют тем клавишам, которые нажимают актеры в кадре. Другими словами: что зритель видит, то он и слышит. Неудивительно, ведь вся музыка была записана предварительно и проигрывалась в момент съемки дубля, поэтому Том Халс (Моцарт) четыре месяца практиковался игре на фортепиано, чтобы быть убедительным в кадре.

Победивший конкурентов на Оскаре Ф. Мюррэй Абрахам получил по заслугам: для роли постаревшего Сальери актеру приходилось просиживать в гримерке по четыре с половиной часа. Возможно, это было вознаграждением и за «издевательства» Тома Халса: на съемках эпизода, где смертельно больной Моцарт надиктовывает Сальери реквием, Халс нарочно пропускал строчки, чтобы запутать Абрахама и создать впечатление, что Сальери не мог полностью понять музыку, которую ему диктуют под запись.

Концепция «безумного смеха Моцарта» была построена на письмах двух не сохранившихся в истории особ, имевших удовольствие встречаться с великим композитором и сравнивавших его смех со звуком «металла, царапающего стекло». Впрочем, большего об этих письмах ничего неизвестно — кто, кому и когда их писал. В итоге мы вынуждены принять на веру сомнительные свидетельства или авторское видение Формана, ибо исторически подтвержденных фактов на сей счет просто не существует. Зато исследуя некоторые аспекты образа, актер Том Халс в том числе изучал поведение на корте темпераментного теннисиста Джона МакЭнроя, знаменитого своими вспышками гнева.

Халсу, конечно, безумно повезло. Нет, не с Оскаром, который актера миновал (но не миновали премии «Давид» Донателло и «Серебряная лента» в Италии). Эта роль, пожалуй, самая значительная в актерской карьере Халса, вполне могла достаться другому, благо, что претендентов была уйма. Среди них и Тим Карри (злобный клоун из первой экранизации «Оно» Стивена Кинга), и Марк Хэмилл — знаменитый Люк Скайуокер из «Звездных войн»: оба актера в свое время воплощали образ Моцарта на Бродвее.

Изначально на партию Моцарта вообще выбрали Кеннета Брэнну, но затем Форман решил задействовать на главных ролях исключительно американских актеров. По последней причине Моцарта в «Амадее» не сыграли пробовавшиеся на эту роль австралиец Мэл Гибсон и лидер группы Rolling Stones, англичанин Мик Джаггер. А вот Мег Тилли, которую уже утвердили на роль Станци, жены Моцарта, реально не повезло: буквально за день до начала съемок она серьезно повредила ногу в процессе игры в футбол и была вынуждена временно отказаться от работы.

Не обошлось, разумеется, и без курьезных происшествий на съемочной площадке: в одном из эпизодов по сюжету актриса Элизабет Берридж должна была съесть пирожное. Никто не сказал девушке, что между дублями можно было выплевывать взятое в рот, и в итоге она стрескала порядка 15 штук марципановых кусков. Позднее Берридж призналась, что на вкус «пирожные» были отвратительными и вечером того дня ей пришлось действительно плохо.

Обновлено 23.07.2018
Статья размещена на сайте 9.07.2018

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: