Константин Кучер Грандмастер

Как разведка решила себя черешней побаловать?

После того, как в самом начале мая нас подбили у кишлака Акчи, попал я в душанбинский госпиталь. Медперсонал дело своё знал, поэтому через какой-то промежуток времени перевели меня в разряд ходячих. И начал я — статус-то надо оправдывать! — потихонечку на улицу выползать.

А май месяц в Душанбе — это вам не Петрозаводск, понимаешь ли, вот-вот черешня созреет. Хоть морда лица у меня после ожога ещё была покрыта чёрной коркой, но не воду же с неё пить? Чай, не в столице нашей Родины, городе-герое Москве, прямо на самой Тверской-Ямской. И даже не на Кутузовском. А если и в Душанбе, то не на центральной же площади?! Госпиталь где-то на одной из его окраин располагался. В том районе ещё какой-то совхоз был. Вроде как-то место так и называлось: то ли «совхоз», то ли «плодсовхоз». Так что если на улице и встретишь кого невзначай, так все — с пониманием. Мирные советские дехкане своим сельским делом заняты. А весна ведь, каждый день которой, вместе с летом, год кормит. Отвлекаться на разные обгоревшие рожи некогда. Да и знают они, что за домик такой за невысоким дувалом к их махалле прилепился.

И как-то выбрались мы, три калеки, на свежий воздух.

Три — это Пашка с обожжённым напрочь задом, но зато с действующими руками. Они в засаду попали. И прорывались с боем. Его последняя БМПуха (1) подобрала. Он на ходу в задний десантный отсек успел втиснуться и тут их с гранатомета саданули. Машине — в днище. Ну, естественно, внизу, между поликов, масла да солярки до черта — кто её там вытирал, удалял?! Оно всё и вспыхнуло моментом. Все, кто в десантном отсеке БМПухи оказался, как курицы на гриль попали: снизу припекает и хрен выпрыгнешь. Патронов уже нет, а они ещё в центре кишлака. Так и жарились, пока не вырвались из-под огня. Зато живые. А мясо да кожа — дело наживное. Нарастут.

Второй — Серёга, «десантник» погранвойск. Десантировался на ходу, с бэтээра, а с его ростом под два метра это дело непростое. Плюс АГС за плечами. Который — тоже ещё та бандура. Да с боекомплектом! Ну, и подломились ноги. И сломались, обе-две. Он, соответственно, на костылях шкандыбает.

Ну, а третий, сами понимаете, я, у которого руки — крест-накрест к груди привязаны, и левая нога в колене не гнётся.

Как бы там ни было, решили мы черешенкой побаловаться. Нет, так-то, конечно, чего-чего, а фруктов в госпитальном рационе хватало. Но тут же, как говорят в Одессе, совсем другое дело! Короче, Пашка привязал концы одной из коротких сторон простыни к моим рукам (да я где-то ближе к середине ещё и зубами её придерживал!), а концы другой — к Серёгиным костылям. Сам же давай черешенку трясти.

Получилось не так, чтобы и плохо — хоть простынь вся в пятнах, но зато и «улов» приличный. Осталось только собрать с земли то, что мимо пролетело. Пашка свернул кулек из газеты, сунул Серёге — подержи, мол, а я остатки соберу. И какой чёрт дёрнул последнего помочь сборщику в его праведном деле?! А может, он просто хотел поудобнее встать на костылях?.. Только — бац! Поскользнулся доблестный десантник погранвойск и упал спиной в небольшой арычок, которых в полях-садах Средней Азии — хоть пруд ими пруди. Самое обычное дело. Для орошения.

Лежит Серёга в арыке с кульком черешни, а нас, раздолбаев, смех разбирает: он сам-то, как ни старается, подняться не может! Одна нога в гипсе выше колена, другая — чуть выше лодыжки. Я, естественно, руки ему подать не могу! Они же у меня крест-накрест к груди привязаны! А у Пашки из-за его обожжённой задницы поясница не сгибается. Оно и понятно: кожу-то тянет. Больно!

Вот стоим, идиоты, и ржём, а вода-то… Прибывает! Серёга всей своей немалой массой запруду в арычке соорудил! Перекрыл ход потоку воды. Вот-вот заливать его начнёт. Того и гляди, «утопнет» любитель свежей черешни, как та Лиза Бричкина. Только не в болоте, а в небольшом арычке, который местные куры вброд переходят…

Хорошо, на наше ржание и крик санитарка прибежала. Общими усилиями вытащили «десантуру» из арыка.

Но один хрен, влетело всем. И за размокший гипс Серёгин, и за испорченное казённое имущество (попробуй, отстирай простынь от пятен черешневого сока!), и за возможную дизентерию от немытых вишен-черешен. Да и ягоды у нас отобрали. Нечего, мол, тут. Мы вас от боевых ранений и контузий лечим. А если животом помаяться очень хочется, так то — уже после дембеля. Дома!

Глоссарий:

1. БМП — боевая машина пехоты,

2. АГС — АГС-17 «Пламя» — 30-мм автоматический гранатомёт (станковый). Вес гранатомета — 18 кг (со станком и прицелом — 31 кг), коробки с гранатами — 14,5 кг.

Обновлено 25.12.2015
Статья размещена на сайте 5.12.2015

Комментарии (14):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Спасибо Костя!
    Замечательно и живо, сочно изложено!

    Оценка статьи: 5

  • Ой-я!!! Сколько же вам перенести пришлось?..
    И черешни так и не попробовали...

    Оценка статьи: 5

    • И черешни так и не попробовали...

      Что тут поделаешь, Ляман?.. Нельзя немытое. Заборонено. Категорически.
      Но тут не сама черешня была важна. Я же говорил - с фруктами и овощами в рационе госпиталя проблем не было. Тут важен был сам процесс. Как там когда-то писал "наш дорогой" Владимир Владимирович: "Я сразу смазал карту будня, плеснувши краску из стакана"?! Вот это событие и было той "краской", которой как-то удалось разбавить монотонный монохром госпитальных будней. О чем даже спустя много-много лет приятно вспомнить.

      • Константин Кучер, да, я это все поняла. Естественно, черешня не главное.
        Просто я представила себе воочию всю, что вы написали, и мне стало больно и страшно...
        Знаете, вроде как воспоминание, даже приятное, а на самом деле, я представляю, как же было тяжело вами вашим товарищам.

        Оценка статьи: 5

        • Это, Ляман, сейчас понимаешь. Глядя туда - отсюда. А тогда всё было совсем по-другому. В молодости все мы бессмертны. Смерть где-то там, далеко-далеко. За синими морями, широкими долами, высокими горами. И с кем-то там. Другим. Но не с тобой. Ты сам обязательно будешь жить долго, счастливо и умрешь (если умрешь!), по крайней мере, ещё лет через двести.
          И если вдруг с тобою что-то случилось, то это - временно и поправимо. Вот тут ещё чуть подмажем волшебной мазью, здесь - перевяжем и через недельку (ну, крайний случай, через месяц!) всё забудется, как дурной сон. Зато вернешься домой... Будет что рассказать пацанам!

          • Ляман Багирова Ляман Багирова Грандмастер 6 февраля 2016 в 15:25 отредактирован 6 февраля 2016 в 15:25

            Константин Кучер, да, Константин, это вы правы. Смерть в 20 и смерть в 40, 5, 60 - это совсем разные вещи. Как писала Марина Цветаева: "весело переходили в небытие" Смерть - это то, что не может случиться с тобой. И когда все же случается, то ты счастлив неведением.
            Совсем другое - в позднем возрасте. Но и ценишь жизнь сильнее. "Но как вино печаль минувших дней В моей душе чем старей, тем сильней"

            Оценка статьи: 5

            • Ляман... Вы уж не сильно нас, сирых и убогих. "Фейсом об тейбл", как когда-то говорили во времена моей школьно-училищной юности. А...
              А "Но как вино печаль минувших дней В моей душе чем старей, тем сильней", это - кто?..

              • Константин Кучер, Господь с вами, Константин! Я и фейса-то об table d’hôte никого в жизни не стукала! Разве что отбивные отбивала!!!
                А это Пушкин, А.С.
                Стихи А.С.Пушкина

                Безумных лет угасшее веселье
                Мне тяжело, как смутное похмелье.
                Но, как вино - печаль минувших дней
                В душе моей, чем старей, тем сильней.

                Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе
                Грядущего волнуемое море.
                Но не хочу, о други, умирать;
                Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;

                И ведаю, мне будут наслажденья
                Меж горестей, забот и треволненья:
                Порой опять гармонией упьюсь,
                Над вымыслом слезами обольюсь,
                И может быть - на мой закат печальный
                Блеснет любовь улыбкою прощальной.

                Оценка статьи: 5

  • Спасибо, Ильгиз.
    вспомнили детство квакинское
    Как хорошо сказано! Детство КВАКИНСКОЕ. Кто плавал, тот знает.
    Сразу вспомнился свой чердак. Штурвала там, правда, не было. Но он тоже считался ШТАБОМ. И каждый день обязательно надо было там встретиться, посидеть и поболтать. О чем-то, что тогда казалось очень важным и значимым.

  • А в госпиталях в армии отдыхать - одно удовольствие. Если конечно находишься не при смерти или после таких, как у вас ранений. Я сам в госпитале СГВ лечился, только от пневмонии. Заморили отцы-командиры. И тоже пошли по фрукты-ягоды ... ночью в сады местного населения, вспомнили детство квакинское. А местное население в лице старого польского пана было начеку и погналось за нами. Одному нашему, когда через забор перепрыгивали, он засадил камнем в спину. Хорошо ещё не пулей или гранатой. Ведь тогда ещё военное положение в Польше не отменили. Но обошлось.
    А вашим ранениям сочувствую. В наши те молодые тогда ещё годы и ранение на войне получить - это если не подвиг, то достойное уважения событие.