Валентина Пономарева Грандмастер

Кто был музой в жизни двух талантов: учёного-экономиста и художника-реставратора?

Дочь известного русского статистика Василия Николаевича Григорьева была воистину олицетворением Елены Прекрасной: чуть взбалмошная, чуть капризная, своевольная, но очень красивая, образованная и безмерно обаятельная. От её очарования мужчины буквально сходили с ума, кто пылко признаваясь в любви, кто страдая мучительно, но тайно.

Сердце своё она отдала Александру Чаянову, который учился у её отца.

В 1912 году они обвенчались. И тогда же, в 1912-м, молодой А. Чаянов, лишь год назад получивший диплом учёного-агронома I степени, выпустил первую часть «Очерков по теории трудового хозяйства» и сборник стихов с неслучайным названием «Лялина книжка». В его жизни появилась муза! Своенравная и пленительная, как и полагается быть музе.

То был бурный союз двух стремительных, эмоциональных, пламенных натур, который продержался восемь лет. В 1920 году Елена горячо полюбила Алексея Рыбникова и, по честности натуры, откровенно призналась в том мужу, перед тем как покинуть его. С этой поры муза посвятила себя таланту художника, живописца и графика, редкого мастера реставрации. Но фамилию Чаянова она оставила, не стала менять.

Новая семья Елены Васильевны жила счастливо.

Страстная муза дарила вдохновение, прекрасно музицировала, создавала уют. Её порывистая пылкость и эмоциональная импульсивность уравновешивались добродушием и тактичностью супруга, так что в общем они удачно дополняли друг друга. Через несколько лет родился сын, которого в честь отца назвали Алексеем.

Тем временем тучи сталинских репрессий постепенно, но неуклонно сгущались над страной. В недрах государственных структур был задуман процесс «Трудовой крестьянской партии», одной из жертв которого стал выдающийся учёный Александр Васильевич Чаянов, на ту пору уже вновь женатый и имевший двух сыновей. Его арестовали в 1930-м. По сложившей мизантропской традиции, «под гребёнку» силовых органов должны были попасть и родственники «врагов народа», и неважно, что суда ещё не было, приговор-то — всего лишь формальность. Так тогда считалось. К числу родственников могли отнести и «седьмую воду на киселе».

А уж женщина с фамилией Чаянова не могла не вызвать вопросов.

Вот её и вызвали, куда надо, чтобы спросить, а заодно и получить компромат на узника. Все-таки удивительная личность Елена Васильевна! Перво-наперво она сказала следователю, что не его дело, почему после развода она оставила фамилию бывшего мужа. А затем сообщила, что не намерена изменять памяти любви, пусть и прошедшей. В довершение ко всему сказала, что не будет оговаривать Александра Васильевича Чаянова, поскольку считает его честным и полезным для страны человеком.

Как вы думаете, что случилось после этого? Невероятно, но все заявления сошли Елене Прекрасной с рук, она была отпущена и никогда более не вызывалась «в органы». Тем, кто не в курсе, как было заведено в те годы, может показаться, что ничего особенного. Но в действительности это было исключительной редкостью. С семьёй полководца В. Блюхера, например, поступили так: приговорили к расстрелу сначала первую жену, через четыре дня — вторую, ещё через два месяца — третью. И жену брата — тоже, а потом и самого брата (по другим данным, он умер в заключении). Старшую дочь Зою осудили на 5 лет ссылки аж в 1951 году!

Вот в какой опасности находилась жизнь Елены Васильевны Чаяновой (ведь к тому же ещё и брат мужа, Александр Александрович Рыбников, был арестован по тому же делу). Судьбе было угодно, чтобы она была спасена: волею случая ли, силой обаяния, — не будем гадать. Порадуемся, что беда прошла стороной, и муза не только осталась живой, но и избежала ареста.

Обновлено 15.06.2008
Статья размещена на сайте 3.06.2008

Комментарии (10):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: